— Мы здесь вдвоем, так что можно называть вещи своими именами, — хмыкнул Дааф. — Так что она натворила?
Ноа снова простонал.
— Ты натворил? — удивился Дааф.
— Она вышила чертовы руны на моем любимом пальто! — заплетающимся языком проговорил Сальваторе.
— Ага, — сощурился Дааф, ожидая дальнейших объяснений.
— И я п… потерял над собой контроль…
— Ага.
— Я не хотел вовсе, п… просто эта девка… чертовка!
— Ага.
— Чего ты заладил?! — психанул Ноа.
— А чего конкретно ты не хотел? — нахмурился маг и угрожающе подался вперед. — Ты что её ударил?
— Сдурел что ли? — опешил Сальваторе, подняв мутный взгляд на брата. — Да я никогда в жизни…
— Ладно, проехали, — отмахнулся Дааф. — Так что ты натворил?
Ноа путано объяснил брату, что именно он сделал, при этом впервые за очень долгое время испытав давно забытое и совсем непривычное для себя чувство — стыд.
Вопреки ожиданиям, Дааф не озадачился, не удивился и даже не спешил его поддерживать, а лишь громогласно рассмеялся, запрокинув голову назад. Сальваторе нахмурился, но не произнес ни слова, ожидая когда пройдет этот неуместный приступ веселья.
— Ты решил, что она тебя приворожила? — сквозь смех проговорил Дааф, но в глазах его при этом зажглись два непонятных огонька. — Зачем ей это, не скажешь? Или ты считаешь, что она такая коварная и расчетливая обольстительница, которая жаждет заполучить себе в любовники великого констебля Сальваторе, чтобы тот, как собачка выполнял все её прихоти?!
После этих слов Дааф резко посерьезнел и продолжил уже совсем другим тоном:
— Не слишком ли ты много ответственности на неё повесил? — сверлил он брата взглядом. — Как тебе только это в голову пришло, Ноа? Ты подгреб нашего Пушистика в одну кучу к остальным, с позволения сказать, дамам, которые тебя окружают. Где твои мозги, братец? Ты же вроде умный малый! — он на секунду прервал речь, и добавил для затравки: — Да она даже если и способна на такое, то только в своих самых смелых мечтах, а на деле — максимум на тихое обожание. А ты не подумал, что эти руны были направлены не против тебя, а во благо?
В кабинете на пару минут повисла тишина. Дааф ожидал, когда смысл сказанного проникнет в затуманенный рассудок брата. Приметив, что лицо констебля начало менять выражение, маг продолжил, поднявшись с кресла:
— Знаешь Ноа, меня поражает твой снобизм. Ты предпочел обвинить девчонку во всех смертных грехах, вместо того, чтобы признаться самому себе, что тебя привлекла человеческая женщина. Он нагнулся и что-то приподнял с пола, бросив это на стол брату.
— Держи, это она тебе связала. Кстати: мои красивее, — Дааф развернулся и последовал к выходу. — Подумай над моими словами на досуге, Ноа, — и уже в дверях добавил: — Ах, да, чуть не забыл: я согласен вернуться на службу, при условии, что ты действительно предоставишь мне в распоряжение группу хорошо обученных охотников. Детали обговорим позже. Ты рад?
— Безумно, — выплюнул Ноа в спину брату, наблюдая, как тот с хохотом закрывает за собой дверь.
Маг перевел взгляд на стол. Там лежала вещь, которой у него никогда не было, и о которой он давно, в тайне, мечтал. Констебль просидел несколько долгих минут в тишине, рассматривая вязанные шерстяные носки темно-зеленого цвета. Они казались теплыми и мягкими, а на горлышке виднелись симпатичные листья клевера. Дивная вещица. Но констебль нахмурился, так и не решившись до них дотронуться, и лишь пробурчал:
— Тоже мне умник.
Встав из-за стола и подождав пока комната не перестанет кружиться перед глазами, Сальваторе линейкой смахнул носки в мусорную корзину и, прихватив с собой бутылку, вышел из кабинета.
Спустя секунду, он быстрым шагом вернулся обратно, опрокинул содержимое ведра и, схватив носки, вылетел за дверь.
— Смотри, они ведь правда стали еще больше? — раздался голос Пятого, который уселся мне на грудь и демонстрировал две малюсенькие шишечки на лбу. А ведь они действительно немного подросли.
— Ага, — зевая во весь рот, отозвалась я.
— Вот ни капли в тебе нет переживаний о чувствах лучшего друга, — пробормотал демоненок. — А, между прочим, настоящий друг должен не только сопереживать, но и радоваться за друга. Вот как, например, вчера, я же ничего не…
— Спасибо тебе, друг, что напомнил, — скривилась я, смотря в его глазища, — утро мне испортил.
Пятый растянул рот в широкой улыбке, обнажив остренькие клычки. Я сбросила его на пол и поплелась в ванную, чувствуя себя так, словно к ногам были приделаны две огромные гири. Господи, как бы пережить этот день? Как пережить нахождение с Сальваторе в одном доме? Теперь он, наверное, отправит меня домой. И, скорее всего, правильно сделает.
Тут в мою дверь громко стукнули, и я услышала приглушенный голос Ноа:
— Быстро собирайся, у нас срочное дело!
