Каждая с маленьким значком — дом, меч, молот, монета, головы людей, топор. Я мысленно ткнул в первую — «Владения», — и она раскрылась, как книга.
Перед глазами поплыли строки:
«Переяславец: население — 3200, зерно — 12 возов, мясо — 8 мешков, вода — 15 бочек, состояние стен — 87%, дружина — 512 человек. Березовка: население — 270, зерно — 5 возов, мясо — 3 мешка, состояние частокола — 94%, дружина — 47 человек. Совиное: население — 400, зерно — 7 возов, мясо — 4 мешка, состояние стен — 73%, дружина — 82 человека.»
Я замер, глядя на это. Все, что у меня есть, — вот оно, перед глазами, как на ладони. Я видел, где чего не хватает, где стены трещат, где припасы тают. Это было как карта, но живая, подвижная, и я мог ее крутить в голове, как захочу.
— Нравится? — спросила она, и я чуть не подпрыгнул.
Она стояла ближе, чуть наклонившись ко мне, и ее волосы качнулись, будто от ветра. Я кивнул, не открывая глаз, и мысленно сказал: «Покажи „Армию“.» Вкладка сменилась:
«Переяславец: 512 дружинников, навыки — средние, самострелы — 42, копья — 28, топоры — 490. Березовка: 47 дружинников, навыки — низкие, луки — 15. Совиное: 82 дружинника, навыки — средние, топоры — 78. Союзники: Ярополк — 282 киевлянина, навыки — высокие, копья и мечи».
Я усмехнулся — Ярополк, значит, высокие навыки. Ну, сын Святослава, неудивительно. Но мои люди — средние да низкие. Надо тренировать.
— Это еще не все, — сказала она, будто дразнила.
Я открыл следующую вкладку — «Технология». Там были чертежи: улучшенные самострелы, катапульты, что-то под названием ' Улучшенный огненный горшок' — кувшин с горючей смесью, как те, что мы кидали в варягов. Рядом цифры — сколько очков надо, чтобы открыть. Самострелы улучшенные — 5000, горшок — 3000. Я прикинул: можно взять что-то прямо сейчас. Но я решил глянуть дальше.
«Торг»: «Доход: Переяславец — 120 гривен в месяц, Березовка — 310, Совиное — 60. Расходы: содержание дружины — 100 гривен, ремонт стен — 30. Итог: +90 гривен.»
Мало, но стабильно. Надо торговцев трясти, чтоб больше возили.
Потом «Совет»: тут были лица — Добрыня, Ратибор, Веслава, Степан, Ярополк. У каждого иконка и цифры: Добрыня — военное дело 85%, управление 70%; Ратибор — скрытность 90%, бой 80%; Веслава — стрельба 95%, разведка 75%. Я хмыкнул — точнее не скажешь. А вот Ярополк: авторитет 90%, бой 70%. Сын князя, сразу видно.
Последняя вкладка — «Личные навыки». Там был я.
«Боевые навыки», ранг 3.
«Базовые навыки выживания», ранг 3.
Не густо.
Бонус «Эдил»: обучение дружины +20%, авторитет +15%.
— Это все твое, мой князь, — сказала она.
Я открыл глаза, ощущая как жар от ее слов (или от очага?) заливает лицо. Она стояла передо мной, в той же золотистой дымке, глядя на меня так, что я чуть не забыл, где нахожусь.
— Хочешь улучшить что-то прямо сейчас?
Я покачал головой, открывая глаза. Терем был тих, Милава ушла куда-то, огонь догорал. Эта Вежа — не просто голос, не просто система.
Я встал, потянулся, чувствуя, как хрустят кости, и бросил взгляд на дверь.
Меня терзала какая-то смутная мысль. Что-то ускользающее. Скользкое.
Я закрыл глаза.
— А это еще что за вкладка? — вырвалось у меня.
Я замер, сидя на лавке у очага.
— Это «Проекты», мой князь, — сказала она, чуть наклонив голову, и ее улыбка стала шире, будто она знала, что я сейчас полезу туда, как мальчишка в сундук с отцовскими сокровищами. — Взгляни, если любопытно.
Любопытно? Да я чуть не подпрыгнул от нетерпения. Мысленно ткнул в эту новую вкладку, и передо мной в золотистой дымке развернулся список. Но это был не просто список, с какими-то скучными цифрами или названиями навыков. Названия горели перед глазами.
Первое, что я увидел, — «Монетный двор Всея Руси». Я мысленно щелкнул по нему и Вежа тут же начала рассказывать:
— Постройка монетного двора в одном из твоих владений. Позволит чеканить собственные золотые и серебряные монеты, заменяя старые гривны. Полупромышленное производство. Укрепит торговлю, поднимет авторитет среди купцов и соседних князей. Требуется: 50 000 рабочих рук, 200 возов камня, 150 возов дерева, 30 пудов железа, 5000 гривен. Время: 12 месяцев. Награда: 800 000 очков влияния, +25% к доходу от торговли, бонус к авторитету среди союзников +20%.
Я присвистнул про себя. Пятьдесят тысяч рабочих рук? Это ж сколько народу надо собрать! У меня в Переяславце, Березовке и Совином вместе едва ли три тысячи наберется, да и то это только те, кто может держать топор или лопату. А год? Да за это время меня трижды успеют осадить, разорить и в землю закопать, если я не буду следить за дружиной и стенами. Но все равно, мысль о собственных монетах грела душу. Сейчас-то я больше баловался, «лепил» прообраз денежной политики. Я представил, как купцы будут взвешивать их в руках, как они разойдутся по всей Руси, от Киева до Новгорода, и каждый будет знать, что это дело рук Антона, князя Переяславца. Это было бы не просто богатство — это была бы власть, какую не отнять ни мечом, ни огнем.
