«Это просто школа-интернат для девочек». Именно это мне заявила мама. Ага! Как же! Просто школа! Разве в "просто школе" Вам могут встретиться учительница с настоящей секирой и ученица с не менее настоящим луком? А завхоз-готка с косой? Всякое может в первую ночь на новом месте присниться, скажете Вы? А если это не сон? Если все и правда старательно от тебя что-то скрывают? И твоя соседка не вылезает из ванны по сорок минут, «моя голову», а выходит с наушниками в ушах и абсолютно сухими волосами тоже случайно? Или ты просто всё не так поняла? Ну конечно, не так. Ведь на второй взгляд все оказывается иначе, чем на первый, и недомолвки складываются в совсем иную картину, а настоящие тайны ещё впереди. И вообще мир не так прост, как кажется, ведь МАГИЯ РЕАЛЬНА. Вот только эта реальность бывает жестока, но на то она и реальность. 16+ (сцены некоторой жестокости без детальных описаний) Серия из 6-7 книг
Пролог
Темноволосый мужчина средних лет одетый в старомодный и ужасно его раздражающий церемониальный костюм поверх современной одежды отошел от бойницы и окинул хмурым взглядом подчиненных, коих в святая святых Ордена допустили всего десяток. Все приглашенные были здесь. Можно было начинать.
— Уже почти пять сотен лет мы — Орден Святой Инквизиции — ценою своих жизней защищаем людей, сдерживаем от бесчинства нечисть, справедливо караем нарушителей заключенных века назад Соглашений. Милостью Создателя мы продолжаем наше благое дело, несмотря на непростые и постоянно меняющиеся условия последних веков. И сегодня, в век постоянной пропаганды маготолерантности, гуманного отношения к нечисти и всевозможных запретов на применение оружия мы остаемся верны традициям и заветам предков. Наша миссия остается неизменной несмотря ни на что. Кроме нас некому защитить людей от угрозы нечисти, некому покарать распоясавшихся вампиров, русалок, дриад или мерфиток, некому помочь пострадавшим найти новую точку опоры, найти Веру. — Он сделал паузу. Приближенные молчали, глядя на него кто преданными глазами новичков, еще не растерявших энтузиазма, кто усталым взглядом привыкших ко всему убийц, кто с показным безразличием, скрывающим полную пламени душу. К последним он и обратился, зная, что найдет отклик: — Но сколько мы ещё будет только разгребать последствия и гоняться за нарушителями? Сколько будем позволять всему идти как идет? Сколько будем следовать унизительным Соглашениям, сковавшим нас почти четыре сотни лет назад⁈ Не пора ли нам взять курс не к сдерживанию, а к победе? Да-да, к победе над нечистью, к очистке нашей планеты от этого паразита!
Телефон пискнул и нагло выдал сообщение о том, что батарея разряжена. Вот и послушала музыку… Чудесно. Просто чудесно! И что мне стоило поставить его на ночь подзарядиться⁈ Знала ведь, что путь не близкий. Может, его хоть на Интернет его хватит? Ненадолго? Проверить? Страница начала грузить и зависла. Что это с ним? Глянула на индикатор сети и мысленно выругалась: полосочки связи скакали как на качелях. Очень сильно раскачивающихся качелях. Выдернула наушники и, вымещая злость на саму себя, бросила дурацкий мобильник на заднее сидение. Потом заберу, если не забуду. Хотя, в принципе, зачем он мне? Зарядку-то я дома оставила… Идиотка! Вот кто так собирается⁈ У мамы зарядное устройство просить не было смысла — разъемы у нас были разные.
Прижалась лбом к холодному стеклу. Прохлада успокаивала. По ту сторону такой тонкой и хрупкой, но отчего-то кажущейся надежной преграды простирался однообразный пейзаж: смешанный лес перемежался с небольшими населенными пунктами. В большинстве из них не было домов выше двух этажей. Лишь изредка попадались поселки, где виднелись многоквартирные дома, но и в них трехэтажки встречались единично. Ну и глушь!
Машина неслась с приличной скоростью. Глянула на спидометр. Почти восемьдесят километров в час. Мама уверено вела автомобиль и при этом, с тех пор как я вынуждено перестала слушать музыку, ещё и отвлекалась на разговоры. Основной темой этих монологов была её работа. Поскольку работала она в магазине техники, речь шла о каких-то там комплектующих компьютеров, стиральных машинах и прочем. В данной теме я совершенно не разбиралась, разбираться не хотела и потому быстро заскучала. Мельком глянув на мать, отвернулась к окну. Вот совсем она меня не знает. Даже говорит не о том…
За окном показалась очередная деревня. От домов вели тропинки, вытоптанные в глубоком снегу. К некоторым, по-видимому, не жилым, тропок не было. Справа опять замелькали темно-зеленые хвойные и серые, как и всегда в начале весны, лиственные деревья. Слева вилась дорога, на которой и два-то автомобиля с трудом разминутся. Впрочем, встречных машин было мало, все же далеко мы забрались.
Чем дальше мы уезжали от города, тем глуше становилась местность. И вот уже деревеньки стали попадаться в лучшем случае по одной в полчаса. Так что большую часть времени дорогу со всех сторон окружали леса, которых в пригородах родного Энска практически не осталось. Однообразие пейзажей навевало дрему. Но только я закрыла глаза, как машину начало трясти. Нет, ну это заговор какой-то!
— Что случилось? — поинтересовалась недовольно.
— Дорожники сюда явно давно не добирались! — возмутилась мама. — Да ещё вон и знак воткнули, — кивок в сторону, — ограничение скорости шестьдесят! Юмористы! Здесь и тридцати-то не развить, а они шестьдесят!
— А далеко ещё? — спросила, надеясь на отрицательный ответ. Трясло с каждым метром все сильнее.
