Русская Америка: открыть и продать! полностью

Он был дважды «кругосветчиком», в 1814 году окончил штурманское училище, плавал на компанейских судах «Суворов» и «Бородино», позднее стал капитаном 1 ранга и русскую честь имел не в подписях под депешами — как полетики, а в душе. Обычная судьба офицера РАК...

Врангель действия Зарембы одобрил.

И начался дипломатический скандал. Лондон требовал за «срыв экспедиции на Стикин» ни мало ни много, а наглейше много — 22 150 фунтов (135 тысяч рублей).

Надо же!

Нессельроде признавал справедливость претензий на «свободу действий», но «патриотично» опротестовывал сумму фунтов... И эту пустейшую дипломатическую бодягу российский МИД терпел несколько лет.

Огден тем временем отыгрывался, подкупая вождей индейцев тлинкитов и цимшиан с целями для англосаксов в северо-западной Америке традиционными — антирусскими.

Врангель же в 1832 году возвел в Ново-Архангельске новую стену с «колошенской батареей». Ее орудия были направлены на примыкавшее к городу селение тлинкитов (делать им было более нечего, как стены русских поселений подпирать, но «огненную воду» огденов надо же было отрабатывать).

«Ограда сия, — доносил Врангель директорам РАК, — кажущаяся Колошам чрезвычайною крепостью, такое произвела на них впечатление, что они сделались весьма смирны и осторожны, не переставая удивляться, как она могла воздвигнуться в такое короткое время».

Увы, все более значимо нарастали другие проблемы — экономические.

О геополитическом значении Русской Америки тогда задумывались не цари, а их умные подданные. Однако очевидным даже для царей было тогда ее значение как источника прибыли. Но как раз с последним начинались перебои...

28 октября 1807 года Главное правление РАК уведомляло императора Александра о своей текущей деятельности и прилагало к рапорту «Ведомость о вывезенном на бригантине «Марии» (под командой лейтенанта Машина. — С.К) компанейском промысловом грузе».

Я привожу ее полностью:

Так было когда-то...

А уже вскоре после ухода Врангеля (его сменил Купреянов) президент США Мартин Ван-Бюрен в ежегодном послании конгрессу 3 декабря 1838 года сообщал, что «капитал и тоннаж, использовавшийся гражданами США в их торговле у северо-западного берега Америки, за последние годы был слишком незначительным».

Плоды безудержного разбоя наконец созрели: пушной промысел сокращался, сокращалось и число «бостонских корабельщиков».

Тем не менее Ван-Бюрен считал, что «предмет заслуживает серьезного рассмотрения».

Еще бы — снижалось экономическое значение этой зоны, зато возрастало ее потенциальное политическое значение...

В Петербурге считали иначе, и Русская Америка в стратегических планах Николая никакого серьезного места не занимала, даром что в трехтомнике 1999 года Н. Болховитинова эпоха 40-х годов именуется почему-то «расцветом РАК».

Вместо того чтобы беспрепятственно усиливаться на Дальнем Востоке, Россия все более увязала в избыточных для нее проблемах на Востоке Ближнем... После Адрианопольского мира она в счет обеспечения выплат по контрибуции временно заняла дунайские княжества — Молдавию и Валахию...

Французский историк Антонэн Дебидур оценивал ситуацию так: «Заключенный мир был самой блестящей победой, какую только могла одержать Россия в то время на Востоке. Высокомерная и решительная политика Николая I дала свои плоды... Он изображал из себя человека умеренного в своих требованиях и в то же время сделался повелителем Востока».

Француз тут лукавил, желая скрыть за громкими фразами о высокомерии Николая раздражение англо-французов перспективами союза между Турцией и Россией. Если бы Турция поняла, что единственный для нее шанс сохранить свое значение заключается в мире с Россией при уходе Турции с Кавказа и из своих европейских владений на выгодных для нее условиях (например, при финансовых компенсациях со стороны освобождаемых ею от своей власти народов или предоставлении им реальной автономии), то мир на южном фасе русских границ обеспечивал бы ускоренное внутреннее развитие как России, так и Турции.