Еще не доезжая до Парижа, Александр телеграфировал в русское посольство приказ: заказать для него ложу в «Варьете», где шла оперетка «Дюшесс де Герольштейн» — даром что в ней в неприличном виде была представлена Екатерина Великая.
В «Варьете» отправились сразу после обеда у французского императора...
Была там, к слову, и старшая дочь Николая Первого, сорокавосьмилетняя великая княжна Мария Николаевна — президент Академии художеств. И ее подруга, Мария Васильевна Воронцова (урожденная Трубецкая), говорила ей: «Маша, как тебе не стыдно, ведь она — великая государыня!»
Сказать же Александру, что некрасиво посещать парижский балаган, где даже в момент приезда русского царя дают антирусскую оперетку, позорящую его прабабку, никто, естественно, не мог.
А сам он этого не понимал.
Не понимал!!!
Понимаешь, уважаемый мой читатель, не по-ни-мал...
Так болела ли у него душа за какую-то там далекую, в глаза никогда им не виданную Русскую Америку?
Телеграфное сообщение Ассошиэйтед Пресс от 31 марта о покупке Соединенными Штатами Русской Америки ошеломило и американцев и русских (всех остальных, и особенно — англичан, впрочем, тоже).
Но если янки были ошеломлены радостно, то русские хотя тоже не верили своим глазам, читая это сообщение, но не верили потому, что это просто в голове не укладывалось — не то что в сердце!
Газета издателя «Отечественных записок» Андрея Александровича Краевского «Голос» даже через несколько дней после получения сообщения из Вашингтона в номере от 23 марта (4 апреля) называла его «невероятным слухом» и «злой шуткой над легковерием общества».
В номере от 6 апреля «Голос» писал: «Лиха беда начало: сегодня слухи продают николаевскую железную дорогу, завтра — русские американские колонии; кто же поручится, что завтра не начнут те же самые слухи продавать Крым, Закавказье, Остзейские губернии? За охотниками дело не станет... Какой громадной ошибкой и нерасчетливостью была продажа нашей колонии Росс на берегу золотоносной Калифорнии; позволительно ли повторить теперь подобную ошибку? И неужели чувство народного самолюбия так мало заслуживает внимания, чтобы им можно было пожертвовать за какие-нибудь 5—6 миллионов долларов? Неужели трудами Шелихова, Баранова, Хлебникова и других самоотверженных для России людей должны воспользоваться иностранцы и собрать в свою пользу плоды их? Нет, решительно отказываемся верить этим нелепым слухам».
Но это были не слухи...
«Голос» возмущался открыто и в реальном масштабе времени, а вот осторожный министр внутренних дел Петр Александрович Валуев записал в своем дневнике 22 марта (3 апреля) лишь для отдаленных потомков:
В Европе все были удивлены и от удивления нас иногда даже жалели. Газета «Индепенданс белж» сгоряча написала правду: «Что касается России, то трудно объяснить причины, побудившие ее уступить американцам свои колонии в Америке, так как они составляют ключ от Берингова пролива и всегда так упорно отстаивались ею».
Русская Америка была вообще-то ключом ко всему Тихому океану, где в то время уже начинали формироваться совершенно новые геополитические условия. Ведь в Японии в следующем, 1868 году была открыта та эпоха глубоких реформ — «революция Мэйдзи», о которой автор еще расскажет в свое время читателю достаточно подробно.
Так что же это было — глупость, историческая слепота или холодное, точно обдуманное преступление?
А может — просто шкурничество? Михаил Иванович Венюков, русский географ и этнограф, выпускник Академии Генерального штаба, член Русского географического общества с 1859 года (с 27 лет), член географических обществ Англии, Франции, Швейцарии, исследователь Дальнего Востока, Амура, Тянь-Шаня, Кавказа, был человеком явно хорошо осведомленным. В 1877 году он эмигрировал из России, а в 1895—1901 годах издал свои воспоминания — . бесцензурно, в Амстердаме, где, в частности, сообщал, что акционеры РАК после обнародования факта продажи вовсю занимались спекулятивными махинациями с акциями компании, чтобы получить за них от казны побольше, и особенно в том отличился великий князь Константин...
Думаю, здесь, как во всяком крупном событии, хватало всего.
