Один охотник жить, не старее ста лет, Пред Смертию дрожит и вóпит, Зачем она его торопит Врасплох оставить свет,Не дав ему свершить, как водится, духовной,Не предваря его хоть за год наперед, Что он умрет.«Увы! — он говорит.— А я лишь в подмосковной Палаты заложил — хотя бы их докласть;Дай винокуренный завод мой мне поправить И правнуков женить! А там... твоя уж власть! Готов, перекрестясь, я белый свет оставить».— «Неблагодарный!— Смерть ответствует ему.— Пускай другие мрут в весеннем жизни цвете, Тебе бы одному Не умирать на свете!Найдешь ли двух в Москве,— десятка даже нет Во всей империи, доживших до ста лет.Ты думаешь, что я должна бы приготовить Заранее тебя к свиданию со мной:Тогда бы ты успел красивый дом достроить, Духовную свершить, завод поправить свой И правнуков женить; а разве мало было Наветок от меня? Не ты ли поседел?Не ты ли стал ходить, глядеть и слышать хило? Потом пропал твой вкус, желудок ослабел,У вянул цвет ума и память притупилась; Год от году хладела кровь,В день ясный средь цветов душа твоя томилась,И ты оплакивал и дружбу и любовь.С которых лет уже отвсюду поражает Тебя печальна весть: тот сверстник умирает, Тот умер, этот занемог И на одре мученья?Какого ж более хотел ты извещенья?Короче: я уже ступила на порог, Забудь и горе и веселье, Исполни мой устав!»Сказала — и Старик, не думав, не гадав И не достроя дом, попал на новоселье!Смерть права: во сто лет отсрочки поздно ждать; Да как бы в старости страшиться умирать? Дожив до поздних дней, мне кажется, из мира Так должно выходить, как гость отходит с пира, Отдав за хлеб и соль хозяину поклон.Пути не миновать, к чему ж послужит стон?Ты сетуешь, старик? Взгляни на ратно поле; Взгляни на юношей, на этот милый цвет, Которые летят на смерть по доброй воле,На смерть прекрасную, сомнения в том нет,На смерть похвальную, везде превозносиму,Но часто тяжкую, притом неизбежиму!..Да что! Я для глухих обедню вздумал петь: Полмертвый пуще всех боится умереть!
ТРИ ЛЬВА
Его величество, Лев сильный, царь зверей, Скончался. Народ советовать собрался, Кого б из трех его детей Признать наследником короны. «Меня! — сын старший говорил.—Я сделаю народ наперсником Беллоны».— «А я обогащу»,— середний подхватил. «А я б его любил»,— Сказал меньшой с невинным взором. И тут же наречен владыкой всем собором.
