К сожалению, в силу указанных выше причин, все эти модели пока лишены шанса на практическое претворение в жизнь. Паче того, политическое безволие российской политической элиты уже не первый год тормозит единственный реальный практический интеграционный процесс – создание единого Союзного государства России и Беларуси. А ведь важность этого проекта трудно переоценить: его успешная реализация стала бы именно тем самым позитивным опытом, модельным примером для других государств постсоветского пространства, который так необходим. В Союзном государстве появилась бы возможность “обкатать” схемы – с тем, чтобы в дальнейшем предъявить их потенциальным партнерам в качестве положительных примеров изменений, которые несет с собой интеграция.
Более того, именно Конституционный акт Союзного государства (проект которого все никак не сдвинется с уровня обсуждения) помог бы ответить на вопрос, как должно выглядеть – и какие формы принимать – новое государственное строительство на постсоветском пространстве. Тем более что та концепция, которую содержит нынешний проект, представляется нам едва ли не оптимальной: на законодательном уровне предлагается декларировать равенство всех участников союза, и в то же самое время подтверждается роль России как очевидного лидера нового образования.
В XXI веке мир вступил в новую фазу своего развития – фазу, когда основными субъектами мировой экономики становятся макрорегионы. Это делает задачу интеграции на постсоветском пространстве особенно актуальной. Грубо говоря, возможны только два пути развития нынешней ситуации на постсоветском пространстве: или здесь будет сформирован полноценный макрорегион, или пространство будет “растащено” по другим макрорегионам. Наша задача – не допустить развития событий по второму сценарию.
5. Кто в России отвечает за геополитику?
Одним из важнейших инструментов геополитического влияния России на постсоветском пространстве является ее политика в области торговли энергоресурсами. Правда, инструментом, используемым весьма неэффективно.
В глобализирующемся мире природные ресурсы из статьи межстранового торгового обмена превращены в эффективный инструмент внешней политики обладателя и распорядителя этих ресурсов.
А что же Россия? Почему наша страна, обладая огромным экспортным потенциалом природных ресурсов – особенно высоколиквидных на мировом рынке топливно-энергетических ресурсов в виде нефти, газа и электроэнергии – не использует их в качестве действенного инструмента и рычага при проведении российской внешней политики, в том числе для укрепления своих геополитических позиций в странах ближнего зарубежья? Ведь некоторые из них (Грузия, Украина, Молдова, Литва, Латвия, Эстония) проводят внешнеполитический курс, который наносит серьезный ущерб интересам России на международной арене. И это они делают при том, что Российская Федерация в лице ОАО “Газпром” поставляет этим недружественным странам наш российский газ по ценам намного ниже средневзвешенной западноевропейской цены (250 долл. за 1 тыс. куб. м).
Либерализация внешнеэкономической сферы без учета национально-государственных интересов страны, как оказалось, привела к потере тех рычагов влияния российского государства в экономической сфере, без которых оно уже не смогло проводить активную внешнюю политику, особенно в отношении стран СНГ и Прибалтики.
Для пояснения данного утверждения следует хотя бы вкратце осветить в ретроспективе те политические, экономические и геостратегические причинно-следственные связи формирования постсоветской внешней политики РФ, которые действуют и поныне в отношении новоиспеченных стран ближнего зарубежья.
Хотя Российская Федерация была провозглашена правопреемницей распавшегося Советского Союза, с появлением на его территории многих государств последовало разрушение производственно-технологических, экономических и финансовых связей между предприятиями некогда единого народнохозяйственного комплекса. В качестве одной из стратегических задач российской государственной политики (еще при Б. Ельцине) было провозглашено формирование Единого экономического пространства (ЕЭП) с государствами СНГ на рыночных принципах.
Однако на практике оказалось, что Россия с ее вялыми и сверхосторожными подходами к постсоветской интеграции так и не встала во главе процесса создания ЕЭП, а страны СНГ, в свою очередь, по метким наблюдениям бывшего заместителя Госсекретаря США Строуба Телботта, стремились быть “подальше и позарубежнее от Москвы”.
