Русская Доктрина полностью

Во всех гинекологических консультациях в этот период нужно установить промежуточную процедуру психологического воздействия между диагнозом и абортом. Для этого достаточно Приказа Минздрава об “усилении мер по получению информированного согласия идущей на аборт”. Дополнительно можно продумать поощрение врачей, спасающих жизнь нерожденному ребенку. Запрет на аборты, если общество воспримет справедливость принятых мер, желательно было бы закрепить в фундаментальных законах России. Если в ныне действующей Конституции РФ провозглашено: “Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения”(п.2 ст.17) – то в этой формулировке необходимо будет заменить понятие “от рождения” на – “от зарождения” (или “от зачатия”). Такая поправка носит праворасширительный характер и не означает запретительных мер. Но эти две добавленные буквыспасли бы жизнь миллионам русских людей самого юного, внутриутробного возраста.

Аборты должны быть запрещены по всем показателям, кроме медицинских, на любом сроке. (В этой связи важно отметить, что меры Дж.  Буша младшего по ограничению абортов – это пожалуй, самое лучшее, что сделал этот политик за время своего пребывания у власти). В России же тема “защиты жизни” является пока откровенно маргинальной, и ее нравственный аспект вообще осознается лишь воцерковленной аудиторией. Задача православной интеллигенции – перейти в информационное наступление в светских СМИ и образовательных учреждениях.

Однако, запрет абортов демографическую проблему не решает, оставаясь скорее моральным символом новой демографической политики – символом того, что нация ценит человеческую жизнь.

При этом, запретив убивать людей в зародыше, мы еще не побуждаем людей к созданию семьи и добровольному рождению детей. Почему же наш народ не желает рожать?

Конкретный человек в своей повседневной жизни не спрашивает себя: “Для чего государству большое население?”. Конкретный человек спрашивает: “Для чего мне дети?”. От того, каков ответ на сей вопрос, и зависитуровень рождаемости. Воспроизводство человека - это вопрос не благополучия земной жизни, а вопрос смысла этой самой земной жизни.Не всегда и не у всех народов земное благополучие является высшим смыслом земной жизни. Существует точка зрения, что корень демографического коллапса лежит в смене среды обитания: перебравшись в города, люди потеряли благоприятную биосоциальную среду для воспроизводства жизни. Уничтожение крестьянства и казачества с последующей сверхурбанизацией России подрубило корни и иссушило питательную почву могучего древа русской патриархальности.

Сегодня демографический рост, с этой точки зрения, невозможен без переселения обратно к земле. Однако, если посмотреть на переселившихся в русские города представителей иноэтнических диаспор, мы увидим, что эти, занятые в основном в торговом посредническом бизнесе, люди усиленно размножаются в наших городах, несмотря на скученность и малую площадь арендуемого и покупаемого ими жилья. Большинство из них оставило именно землю и село, чтобы перебраться в город – потому что здесь легче заработать на жизнь и пропитать многочисленную семью. Другой пример – православные священники. Некоторые из них живут не в отдельных усадьбах, а в городских квартирах, но детей у них рождается много – мотивация, заложенная церковной традиций, оказывается сильнее, чем “неумолимые законы урбанизации”.

Увы, в любой стране индустриализация сопровождается раскрестьяниванием, выкачиванием людей из деревни. Англичане, создавая промышленную Британию, сгоняли бедняков с земли целыми селами (политика огораживаний). А в Германии излишки населения из деревни выжимались через систему майората: когда земельные угодья наследовал только старший сын. В силу этого миллионы немцев с XVII века устремились из сел в города или в другие страны. В США крестьянства не было изначально – там развивалось капиталистическое фермерство. СССР-России, чтобы выжить в столкновении с индустриальным Западом, в первой половине ХХ века нужна была форсированная индустриализация. Таким образом, раскрестьянивание страны стало суровой и трагической необходимостью.