Учитывая определяющее значение обороны в жизни государства и народа, уровень обороноспособности страны должен стать одним из главных критериев определения эффективности или неэффективности действующей власти.
Демократия, как правило, сводится у нас к декларативным политическим правам, имитация реализации которых происходит во время предвыборных и выборных шоу (иностранное слово используется намеренно, потому что эти технологии манипулирования массовым сознанием имеют западное происхождение). Как известно, обратной стороной прав всегда являются обязанности тех, кто эти права обеспечивает. В условиях демократии право на власть власти, которая сама себя предварительно выбрала (в силу наличия денег и влияния), обеспечивается народом, выступающим объектом манипуляций и статистом предвыборных и выборных массовок. Эта иллюзия свободы, этот “демократический разбой”, как назвал его в свое время Победоносцев, продолжается довольно длительное время.
Разрушение системы обороны и оборонного потенциала страны не может быть следствием одной лишь халатности или непонимания власти. В конце концов, все связанные с этим обязанности прописаны в конституции и законах. Этот отход от ответственности за защиту государства и народа свидетельствует о предательстве власти и фактическом альянсе с агрессором.
Проблема нашего законодательства заключается в том, что в нем не прописаны нормы, предусматривающие ответственность власти за обеспечение права народа на жизнь. То есть в Конституции записано, что гражданин имеет право на жизнь. А лицо, лишающее гражданина жизни, признается убийцей и подлежит суду за убийство. Это реализация права на жизнь на индивидуальном уровне.
А вот право на жизнь народу наш закон не гарантирует, поскольку здесь неизбежно встает вопрос о власти как о гаранте или нарушителе этого права. И в этой критической точке вся внешне красивая демократическая риторика лопается как мыльный пузырь, выдавая полное отступление власти от традиций российской государственности, которая всегда имела патерналистский в отношении народа характер. Независимо от формы правления, будь то автократия (власть царя) или идеократия (власть идеологической элиты), сильный руководитель, вождь страны воспринимался у нас как отец нации, который обеспечивал безопасность народа, сродни тому, как отец защищает семью. В России отступление власти от ее традиционных патерналистских обязанностей означает демонтаж государственности и обречение народа на уничтожение вследствие социальной и военной незащищенности.
Целью любой войны является захват власти, ликвидация оборонного и демографического потенциалов противника. В наши дни агрессор достигает этой цели разными средствами и поэтапно. Первый период – скрытая агрессия, когда он действует через подчиненную ему и приведенную им к власти компрадорскую элиту. Если результат не устраивает агрессора, и жертва, несмотря ни на что, сохраняет признаки жизни и способность к сопротивлению, может потребоваться еще один более радикальный этап в форме “бархатной революции” или вооруженной агрессии, после которых приходит оккупационный режим, могильщик государства и народа.
Эти и другие обстоятельства принципиально меняют картину войны и все ее содержание.
Современная война имеет свои особенности, которые следует учитывать при планировании обороны.
Ее характерными чертами являются глобальность, тотальность, сетевой характер и широкое использование невооруженных средств.
1) Глобальность
Глобальность современной войны связана с ее масштабом, ее распространением на весь мир и вовлеченностью в нее всех государств. Глобальная война против терроризма, которую ведут Соединенные Штаты, неизбежно втягивает в себя все государства. Во-первых, потому что президент Буш своим заявлением, сделанным сразу же после 11 сентября – “или вы с нами, или вы с террористами” – по сути, расколол весь мир на две противостоящие друг другу группировки. Третьего здесь не предусматривается. Если кто-то оказывается не на стороне США, он автоматически приравнивается этой страной к террористам и становится потенциальной жертвой вооруженной или невооруженной агрессии.
И, во-вторых, глобальный характер современной войны связан еще и с тем, что субъектами ее ведения оказываются не только государства, но и международные сети, имеющие свои ячейки по всему миру, практически во всех странах, что автоматически включает их в орбиту войны.
