Возможности для ввода в полном объеме программы экономического восстановления России в данный момент пока отсутствуют. Однако время течет быстро. Запад теряет контроль над Россией, поскольку его все больше связывает китайский фактор. Одновременно он теряет позиции в мировой экономике именно потому, что его экономика пока все еще базируется на неолиберальной экономической модели. Переход США к реализации крупномасштабной государственной программы строительства АЭС (возможность чего рассматривается) плюс уже запланированный уход США с основных баз в Евразии имеют неизбежным следствием постепенный отказ США, а за ними и прочих развитых стран, от неолиберальной модели, поскольку она, по существу, рассчитана лишь на захват чужого имущества. Даже в условиях эволюционного развития экономической обстановки (без мировых финансовых катастроф) это произойдет между 2010 и 2015 гг.
А это означает, что в любом случае, если Россия сохранит государственное единство (которому реально угрожает состояние ее экономики), то эквивалент предложенной выше программы экономического восстановления будет введен в действие не позднее 2015 г.
Если она распадется, то большинство экономических образований, которые возникнут на месте России, все равно введут в действие эквиваленты этой программы.
При консервации status quo в области экономической политики Россия к 2015 г. лишится примерно трети производственного потенциала, причем наиболее ценной его части. Поэтому тянуть с переходом на рельсы политики экономического восстановления и отказа от неолиберальной экономической модели с чисто экономической точки зрения нецелесообразно.
Россию загнали в институциональную ловушку. Нужно выбираться из нее.
Опираясь на выводы, полученные в ходе приведенного выше анализа, можно сформулировать ряд принципиальных положений возможной Экономической доктрины России.
1.1. Разрушение российской экономики зашло так далеко, что создать самодостаточную экономическую систему, независимую от внешнего мира, будет в ближайшее время невозможно.
Под “самодостаточной” экономической системой подразумевается не принципиальный отказ от внешних контактов, а обеспеченность основных потребностей экономики (в том числе и в развитии) и стандартов потребления людей исключительно за счет собственных ресурсов. Превышение этого уровня, обеспечение внешней экспансии и необязательного потребления может идти и за счет внешней торговли. Под “невозможностью” создания такой экономики подразумевается не только отсутствие соответствующих технологий и кадров, но и недостаточность объемов внутренних рынков, необходимых для окупаемости современных технологий. Иначе говоря, создание полностью автаркичной экономики может быть не желательной, а лишь вынужденной перспективой.
1.2. Экономика “Западного” глобального проекта, построенная на примате ссудного процента и монопольном частном контроле над единственным мировым эмиссионным центром, дошла до пределов своего развития и находится на пороге неминуемого разрушения.
Последние десятилетия развитие “западной” финансовой технологии шло по линии преимущественного производства финансовых инструментов, под которые в необходимых объемах осуществлялась эмиссия долларов США – валюты, выполняющей функцию всемирной единой меры стоимости. В результате в настоящее время объем финансовых диспропорций достиг таких масштабов, что рентабельность капитала снизилась до нуля, доходность регулярных (то есть не связанных со спекуляциями или доступом к печатному станку) операций не поднимается выше реальных показателей инфляции. Такая ситуация неминуемо потребует обесценения финансовой пирамиды (в основном долговых обязательств и деривативов), что в свою очередь приведет к резкому падению мирового спроса и последующей реструктуризации мировой производящей экономики. Единственная (и ограниченная по времени) альтернатива – это поступление на рынок новых, не учтенных в рамках существующей системы финансовых рынков, материальных активов. Такого рода активами могут быть только российские предприятия (соответствующие программы их капитализации под контролем “западных” финансовых институтов регулярно вбрасываются в СМИ России и некоторых бывших республик СССР).
Вышеописанная ситуация неминуемо повлечет за собой глобальный кризис, сравнимый по начальным масштабам с обвалом американской экономики в 1929–1932 гг., усугубленный тем обстоятельством, что одновременно произойдет разрушение мировой финансовой и эмиссионной системы, построенной на единой мере стоимости – долларе.
