Однажды ему даже пришлось иметь дело с Канцелярией тайных розыскных дел из-за стиха «Да здравствует днесь императрикс Анна». Слово «императрикс» показалось цензору подозрительным: «В титуле ее императорского величества явилось напечатано не по форме». Он составил донос. Тредиаковский был вынужден написать обширное разъяснение: «Употребил я сие латинское слово, Императрикс, для того, что мера стиха сего требовала, ибо лишний бы слог в слове Императрица». Объяснения поэта были признаны резонными. Да и слово прижилось – с тех пор его часто употребляли поэты вплоть до Николая Гумилева. После отвратительного избиения, учиненного над ним Волынским, Василий Кириллович выхлопотал себе вознаграждение – 360 рублей.
В 1742 году он женился, в 1745-м был пожалован в профессоры «как латинския, так и российские элоквенции».
Но уже в 50-е годы Тредиаковский, по его собственному выражению, был ненавидим и презираем всеми, «прободаем сатирическими рогами, изображаем чудовищем». В конце XVII и в XIX веках его было принято считать бездарностью… Сейчас трудно судить об этом: он был первым.
Впрочем, вот его стихи – судите сами:
О Родине
О любви
Василий Кириллович Тредиаковский, известный пиит и профессор элоквенции, споря однажды о каком-то ученом предмете, был недоволен возражениями Педрилло и насмешливо спросил его:
– Да знаешь ли, шут, что такое, например, знак вопросительный?
Педрилло, окинув быстрым, выразительным взглядом малорослого и сутуловатого Тредиаковского, отвечал без запинки:
– Знак вопросительный – это маленькая горбатая фигурка, делающая нередко весьма глупые вопросы.
Профессор элоквенции Василий Кириллович Тредиаковский также показывал свои стихи Кульковскому. Однажды он поймал его во дворце и, от скуки, предложил прочесть целую песнь из одной «Тилемахиды».
– Которые тебе, Кульковский, из стихов больше нравятся? – спросил он, окончив чтение.
– Те, которых ты еще не читал! – отвечал Кульковский.
Дело Волынского заставляет негодовать потомков, а современников более волновало убийство дипломатического курьера майора Цинклера.
Шведский граф Малькольм Цинклер, иногда его фамилию транскрибируют как Синклер или даже Сент-Клер, – шотландец по происхождению, состоял на военной и дипломатической службе еще со времен Северной войны.
В 1738 году ему было поручено доставить шведским послам в Константинополе дубликаты депеш, касавшихся заключения шведско-турецкого военного союза. Отъезд готовился в строгой тайне, но о нем все же стало известно русскому послу в Стокгольме М. П. Бестужеву, который передал все русским министрам, препроводив и портрет Цинклера. Чтобы помешать заключению союза, майора решено было убить, а потом пустить слух, что на него напали гайдамаки.
Однако Цинклер все же сумел благополучно добраться до Константинополя. В начале апреля 1739 года он отправился назад в Швецию, везя с собой письма от султана, великого визиря и шведских послов и долговые расписки, которые Карл XII выдал турецкому правительству во время своего пребывания в Турции.
