Лев уже встал и принюхивался, собираясь идти, не ко мне, так куда-нибудь, просто, пройтись. Мобильник у него в руке лишился рассудка. Он показал мне текст. Я же сказал, не знаю латыни. Ты лучше проведай своего друга Олега Обезь- янова, ты теряешь с ним всякий контакт, а ведь у него в жизни скоро случится важное событие. Мобильник снова заверещал. Доставлено, сказал бомж. Всё начиналось с амфетаминов для оргий на Палатинском холме. Потом к этому прибавился легендарный Косяг, гашиш из трансгенной конопли, но ненадолго, сам знаешь, что начинается на заводе, когда Косяг попадает в жбыхо. Тоже мне жбыхо, какие были христиане! Помнишь, Гордиану третьему. Лейтенант мечтательно замычал. Я жестом попросил передать мне мысленный образ, чтобы понять, о чём идёт речь. Я увидел зверя. Огромного, безразличного, безжалостного. Маленькие глаза на тяжёлой голове. Широкая пасть и гнилой, навязчивый запах старости, почти человеческий. Что это было, спросил я Лейтенанта. Гиппопотамбдт, ответил Лейтенант; немногие из духовидцев, повстречавшие эту погань, вернулись в реальность, дабы поведать нам об этом. Верх путей, вслух сказал бомж, который, очевидно, не только уловил обмен мыслями между нами, но и сознал всё его содержание. Но это не лев, сказал я. Амата хочешь увидеть? Этим не занимались, обыкновенные львы, слегка модифицировал... И то лишь для того чтобы сделать много, их нужно было много и дешевле, вот и всё. Их гнали, как евреев на Понары. Предание хищникам теряло сакральный смысл. Жить продолжали ещё его члены, залитые кровью, хоть и на теле уже не было тела нигде. И целуй меня везде, восемнадцать мне уже. Это был удар по африканской фауне, захныкал Лейтенант, а ты же знаешь, Яша, как я люблю Африку! Ведь это колыбель человечества! Розово-чёрный континент! Не дают боги дождя, сказал бомж, пойдём на христиан. Бомж мёрз. Температура воздуха, как это часто случается в Екатеринбурге, за пару часов упала на десять градусов. Я возвращусь в землю посредством зубов и клыков диких животных, чтобы стать чистым хлебом.
Комета Лулинь из созвездия Льва направляется в Девы. Уже сейчас её можно увидеть не только в слабый бинокль, но и невооружённым глазом, над горизонтом, перед рассветом, в европейской части России. Влево двадцать пять, вперёд пятьдесят, огонь на поражение, приём. Можем оставить его и забрать на обратном пути, если он будет жив. Через пару часов вода будет. Я уже распорядился. Вы мне как сын, Джон. Вы отлично себя проявили, и я прослежу, чтобы вы получили всё.
Лулинь в созвездии льва. Достигла пятой звёздной величины. Её видно над горизонтом без бинокля — маленькая зелёная точка. Идёт «Тонкая красная линия» по ОРТ. Прекрасный фильм после дня защитника отечества. На работе мне подарили шампунь. Я написал заявление: прошу отчислить меня из аспирантуры по собственному желанию. Нужно уйти. Пора уходить. Написал заявление. Датировал его десятым марта. Чтобы сыграть прощальный концерт. На улице весна. Ты снилась мне вчера. Сегодня 25 февраля. Среда. На улице сплошная весна. От взгляда на сухой асфальт сердце сжимается радостно. Девушки все красивые. Но я одну тебя люблю. Ездил в Челябинск автостопом. Увезли стиральную машину. Во сне мы держались за руки, я был счастлив. Мне и наяву хорошо, потому что я свободен. Меня подвозили мужики в «Камазах». Много слушали Высоцкого. Был бы ты умнее, говорит Шон Пенн, думал бы о себе, а не о других.
Высоцкий. Много цвета, слишком прибавил яркость позавчера. Воспоминания о любви. Мы с тобой одно существо. Течём вместе, как вода. Не отличить, где ты, где я. Теперь опять холодная зелёная трава. Кометы, это видимое ничто. Ты мой свет, путеводная звезда...
