Голова старика с ястребиным носом и седыми вьющимися волосами на теле червя. Зажимая в зубах карандаш или ручку, это существо способно сочинять музыку. Неприхотливо в плане условий содержания. Ящик с опилками, объедки. Лей­тенант Лябжясчыков разводил (в свинофермах вынесенных за приделы жбыха) бахокюи продавал исписавшимся компо­зиторам хотя и талантливому музыканту бахокюи тоже могло стать хорошим подспорьем в работе. У Хренникова было четыре бахокюи. Россини перестал сочинять когда издохло его любимое бахокюи. А вот Сальери — тот никогда не привязывался к своим бахокюи — держал в чёрном теле счи­тал так они лучше работают — Моцарт даже тайком под­кармливал одно из Сальеривских бахокюи, которое сочиня­ло талантливую и очень для того времени смелую музыку. Сальери эта музыка выбешивала, он никак не мог сам её ис­пользовать, приспособить для своих опусов, он всячески из­девался над бахокюи, держал в сыром холодном погребе, да­вал плохие перья и бумагу, кормил редко, гнилой картошкой или «роллтонами», а потом, когда бахокюи перешло на ато­нальную музыку, вообще кормить его перестал. А Моцарту всегда нравилась музыка именно этого бахокюи, хотя вообще он был глубоко против бахокюи по этическим и религиоз­ным соображениям против вмешательства в геном биоты — но с этим бахокюи подружился — подкармливал — хвалил его музыку — а Сальери от этого ещё больше злился...

«И что в итоге? Сальери отравил Моцарта?» «Сальери от­равил — собственное бахокюи! Но уже не мог обойтись без бахокюи не хватало собственного музыкального материа­ла — а с Лейтенантом разругался не мог у него заказать дру­гое бахокюи...» «А кто такой Мумумбла?»

ты прав губи себя пей только будь и в этом лёгок... по­смотри на золотую осень и солнце яркое ласковое все краски тёплые вечер прекрасен голубой час совершенство потом ночь зажигает наркоманские огни ветер в чёрном небе на­крывает окраины центр холодные витрины горят в радост­ной сырой черноте

стоит буржуй как Бах голодный стоит безмолвный как вопрос а старый Бах как пёс безродный стоит за ним поджавши хвост

Сцукочёв не блещет разнообразием в одежде. Чаще всего бледно-розовая рубашка и бордовая безрукавка, коричне­вые — хорошо выутюженные — старые штаны. Он подска­кивает на носках бежевых туфель на подставке для себя об­тянутой красным бархатом — коричневая банкетка перед роялем — сажусь — Сцукочёв принапевает «рьям-пам-пам» длуго подтягиваясь на носках, его деревянные руки вокруг него размахивают собою и он вьётся приклеенный к под­ставке... бледная и тонкая дирижёрская палочка падает и взмывает разлиновывая тёплый воздух пропитанный запахом пустой сцены. Мне выкатили рояль, однако он завешен по­поной с приклеенными обильно скотчем канцелярскими от­гоняющими заклятиями... Играю финал, и нет ничего, кроме повреждённого текста, текста пустого тела, текста в коме... Мне намеряют фрак. Втекаю в каплю — чёрную, пло­скую — фрака и сразу, как свинья, к зеркалу. На мне белая рубашка военного оркестра. Оксана сзади протягивает руки надеть мне галстук-бабочку. Выгляжу смешно — жених сбе­жавшей невесты — ещё и в грязных, вместо чёрных брюк, джинсах. Туман — ещё утренний — вялое хлюпанье дождя...

отмечал теплоту плёночного спорта... да и сам Джазов часто до того утарчивался что мутировала его внутренняя симбио- тическая фауна... к тридцати годам Джазова заселило множе­ство попутчиков внутри жбышного тела, как и душа его дала пристанище всяческим полубесам но об этом уже поздно го­ворить однажды он болел гриппом ушёл в ужасный закур смесью синтетических и трансгенных (внеземного происхо­ждения тех времён когда вариация интернета охватила ог­ромные эпизоды космоса) гашишей отчего грипп превратил­ся в совершенно иную болезнь и поразил...

Интернет — симптом поражения элементами раститель­ного и грибного мышления — возникает обычно после всплесков употребления психоделиков растительного про­исхождения. Вспыхивает, как остатки пламени на больших кусках ура-патриотической газеты. Менее разрежённый, кос­мос ранее был в значительно большей степени охвачен им. Мы ищем хозяина среди своих бывших слуг. Наш возраст детский. Болезнь цепляется за болезнь, тогда как здоровые структуры свободно проходят друг сквозь друга. На данном уровне можно не увидеть ни одного столкновения в рамках грандиозной катастрофы происходящей уровнями выше...

Перейти на страницу:

Похожие книги