Абсолютная непубличность Игоря Ивановича, как и от-| сутствие конкретных шагов по изменению ситуации к лу шему, порождает недоверие к нему.
Классический русский выбор между плохим и очен плохим, между олигархами и силовиками.
Власти надо было делать выбор, против кого воеват Ответ очевиден: конечно, против олигархов.
Все-таки Путин ходил в совсем другой садик, чем Ходорковский. Силовики ментально ближе.
Да и силовики, при всей своей коррумпированности, не пытались захватить власть, то есть не представляли непосредственной угрозы.
Да и эмоционально народ устал от олигархов и затосковал по патриотизму, и образ Штирлица - наше все.
Выбрав силовиков, как авангард антиолигархической коалиции, Путин должен был поставить во главе основных ведомств лично преданных людей, что он и сделал.
Именно поэтому фигура Сечина, как координатора всех усилий силового блока, идеальна.
Многие сотрудники Администрации отмечают, что Игорь Иванович всегда скрупулезно отрабатывает любой вопрос, великолепно ориентируясь во всех деталях и хитросплетениях работы государственной машины. Для него нет мелочей, и его подготовка всегда тщательна.
Для многих является открытием его доблестное поведение во время исполнения интернационального долга в Африке. Полгода на линии фронта, причем по собственной инициативе, что встречалось среди советников нечасто.
Как и многие питерские, господин Сечин вежлив, сдержан и излагает свои мысли на литературном русском языке. Огорчает, что он, на мой взгляд, подвержен некоторому упрощению деятельности компаний, так как не имел возможности непосредственно принимать участие в корпоративной активности.
Господин Сечин великолепно работает с информацией и пользуется доверием президента, но это не означает, что Путин безоговорочно принимает мнение Сечина как истину в конечной инстанции.
Когда на работе в Администрации президента оказались как господин Шувалов, так и господин Сечин, являющиеся тезками, то сразу появился анекдот, что в Кремле Работают два Игоря Ивановича - Шувалов и настоящий.
К сожалению, вокруг имени Сечина всегда идут разговоры о войнах, которые он ведет против тех или иных министров или политиков, по его мнению представляющих интересы олигархов. Борьба ведется методично и грамотно, но к счастью, не всегда плодотворно, поскольку все-таки мнение Игоря Ивановича уравновешивается позицией не только Владислава Юрьевича, но и Дмитрия Анатольевича Мед-! ведева.
Впервые господина Медведева я увидел несколько лет назад, очутившись с ним в одной компании. Дмитрий! Анатольевич оказался сравнительно молодым, иронич-! ным человеком с быстрой реакцией.
С необычно высокой посадкой головы он производил | на телеэкране впечатление сноба, хотя таким вовсе не был. Спокойный, уравновешенный, он похож на англичанина из хорошей семьи.
Медведев не похож и не пытается походить на Волошина. Да и задачи он решает принципиально иные. Волошин скорее был арбитром в олигархических спорах и обеспечивал паритет влияния между разными группировками на ухо j Ельцина.
Иначе возникали анекдотические ситуации, когда, рассказам очевидцев, мэр Москвы стал премьером на одну! ночь.
Собрал правительство Москвы уже глубоко за полночь, когда вышел от Ельцина.
Долго сидел молча. Потом сказал: "Иду на Россию. Премьером". И снова замолчал.
Кто-то не выдержал и спросил: "Юрий Михайлович, а кого с собой-то возьмете?" Лужков поднял взор, по кругу взглянул на каждого и ответил: "А кого ж тут братьто?" Скорее всего, это байка, но вот о том, что и Аксененко был премьером лишь пару часов, тоже говорили многие, приписывая назначения и отставки умению дочери Ельцина Татьяны манипулировать отцом.
Волошин и был нужен, чтобы все-таки и работа шла, и окончательные глупости не допускались. А то как рявкнет Ельцин на всю страну по телевизору - "Не так сидим…" - прямо и не знают, что ему сказать. Клоунада.
Медведев работает у совсем другого президента. Его задача не навязывать решения, а тщательно отслеживать. их выполнение и быть уверенным, что в команде царит рабочая атмосфера, что ни одна из точек зрения не останется неуслышанной.
Высокий уровень образования, умение слушать и культура беседы делают главу Администрации идеальным третейским судьей.
В отличие от довольно резких в своих взглядах и суждениях Суркова и Сечина, Медведев гораздо менее категоричен.
Несколько раз я встречался с господином Медведевым и постоянно приглашал его на интервью. Представление многих об этих людях изменилось бы в корне, если бы их услышали в живой, человеческой беседе.
Однако они живут по иным законам. Устав от болтовни и постоянного трещания политического бомонда, они считают, что гораздо важнее дела, а не вся эта телевизионная шумиха. Переубедить их непросто.
Принципиально важно, что внутри руководства Администрации есть разные мнения, однако дискуссия не приводит к личностным конфликтам. Это свойственно всей питерской команде, к которой относятся, кроме Медведева и Сечина, и Греф, и Кудрин, и Козак, и многие другие, прошедшие в свое время школу Собчака.
