Замечание для сетевых читателей. Считаю долгом предупредить, что человек, знакомый с онлайновой литературной жизнью, не найдет в этом тексте абсолютно ничего нового. Нацеленный прежде всего на японских славистов, доклад строился как популяризаторская компиляция из многочисленных трудов, уже написанных на данную тему. В нем нет решительно ни одной мысли, которая не была бы заимствована у кого-либо другого. Текст вывешивается здесь в расчете на тех, кто не столь хорошо осведомлен о ситуации в русской литературной Сети и желал бы кратко ознакомиться с предметом.
Освещение проблем сетевой литературы, то есть литературы, появляющейся в сети Интернет, к сожалению, пока нечасто выходит за пределы самого Интернета.
Многочисленные статьи, затрагивающие разные стороны этого феномена, публикуются по большей части электронными изданиями, лишь изредка попадая в бумажные журналы. Дефицит необходимой информации ведет к тому, что в консервативно настроенных литературных кругах отношение к Интернету как к творческой среде продолжает оставаться преимущественно скептическим и настороженным. Меж тем, даже беглое знакомство с реальной ситуацией способно снять многие предубеждения. Целью настоящего доклада не является анализ конкретных литературных произведений или авторов. Задача другая показать объективные изменения, которые сетевая специфика вносит в литературный процесс.
Исследователи выделяют два базисных фактора, к которым можно свести влияние Интернета на культуру. Это, во-первых, «конец монополии печатного станка» (производство и распространение текстов перестает зависеть от технических и социальных аспектов издательского бизнеса) и, во-вторых, мгновенная скорость информационного обмена, «смерть пространства и времени», при которой интенсивность интеллектуальной жизни умножается во много раз.
Эти факторы являются объективными и одинаковыми для всех национальных сетей, какой бы язык в них ни использовался. Удивительно однако, насколько разной может быть картина интернетизации после того, как эти объективные факторы вступают во взаимодействие с национальным менталитетом и культурно-исторической ситуацией в той или иной стране. В этой связи очень показательно развитие русскоязычного сектора Интернета в контексте знаменитого российского «литературоцентризма». Для начала проследим это на примере электронных библиотек.
Самое известное собрание электронных текстов на английском языке, «Проект Гутенберг» (www.promo.net/pg), было основано в 1971 году сотрудниками Иллинойского университета. Первыми текстами в этом собрании были «Декларация независимости США», «Билль о правах», американская конституция и Библия. В дальнейшем собрание медленно пополнялось другими текстами из «золотого фонда» человеческой культуры. Тексты выбирались руководителями проекта и переводились в электронный вид добровольцами, безо всякой оплаты. Через 20 лет, к появлению
Интернета, библиотека насчитывала несколько сот текстов. Интернет подарил проекту новых добровольцев, и собрание стало расти быстрее. Сегодня его емкость подбирается к трем тысячам текстов — но и это совсем немного по сравнению с тем, что задумывалось.
Лучше идут дела там, где есть финансовая поддержка. Так например, проект Internet Public Library (www.ipl.org) пользуется спонсорскими вливаниями для оплаты труда своих сотрудников. Сегодня эта библиотека насчитывает около 12 тысяч текстов разного характера и может считаться относительно популярной.
Совершенно иную картину мы видим в русском секторе Интернета. Собрания текстов в нем возникали абсолютно спонтанно, безо всякого плана, без распоряжений сверху и без финансовых вложений. Причина этого кроется в тоталитарной предыстории. Все слышали о «самиздате» 70-х и 80-х годов, когда определенная литература выпускалась энтузиастами за свой счет при помощи подручных средств.
Это литература далеко не всегда была официально запрещенной — в самодельных распечатках часто ходили тексты, которые уже были где-то опубликованы. Дело в том, что в отсутствие рыночных механизмов тираж книги редко соответствовал реальному спросу на нее. Как следствие, возникал книжный дефицит, который и пытались возместить энтузиасты самиздата. С распространением компьютерной техники эта практика становилась все более и более широкой. Чуть ли не каждый второй программист держал в своих директориях те или иные художественные тексты, которые отсутствовали в книжных магазинах и библиотеках.
