Русская смута полностью

Но кто конкретно? Братья Никитичи сидели под крепким караулом, по крайней мере, до 1602 г. А как насчёт инокини Марфы — Ксении Ивановны?

Как мы уже знаем, Ксения по боярскому приговору от 30 июня 1601 г. была пострижена в монахини и сослана на погост Толвуй в Обонежской пятине. Селение Толвуй впервые упоминается в исторических актах в XIV веке, под 1375 годом. Это одно из древних русских поселений на берегу Онего-озера, расположенных на полуострове Заонежье. Перед ссылкой в Толвуй инокини Марфы в самом начале XVII века вокруг Толвуйского погоста располагались 33 деревни. Земли погоста занимали около шестидесяти вёрст в округе. Церквей в погосте было три, две из них — церковь страстотерпца Христова Егория (Георгия Победоносца) с приделом святителя Николая Чудотворца и тёплая церковь Живоначальныя Троицы — деревянные, стояли на погосте в Толвуе, а третья церковь — Рождества Пречистыя Богородицы — была поставлена за Повенецким заливом.

По преданию, «…уединённый терем узницы был построен нарочно и был он очень тесен». Стоял «… в близком расстоянии от церкви, с северной стороны, рядом стояла караульня московских приставов, всё было окружено забором. Сгорел ли терем при пожаре погоста или разобран за ветхостью неизвестно»[9].

От терема царицы Марфы уцелел один фундамент, «… складенный из больших булыжных камней, окружённый забором. Фундамент — квадратный, в окружности 264 сажени. К 1858 г. «внутри этого квадрата стояли две церкви».

От Москвы до Толвуя около 1200 вёрст. Дорог практически не было, летом добирались по воде, зимой налаживали санный путь, а в межсезонье сообщение было крайне затруднительным. На отдалённость погоста и понадеялся Борис Годунов. А главное, какой вред можно ждать от глупой бабы. В этом состояла роковая ошибка царя. Ксения была тихой лишь для вида. На самом деле по честолюбию, энергии и коварству она дала бы фору самой Марфе Посаднице. Кстати, именно она, а не Михаил, царствовала в Москве в 1613–1619 гг. до приезда Филарета.

В Толвуй Марфа прибыла в сентябре или октябре 1601 г. Она имела большую свободу передвижения и посещала не только местные церкви, но и ездила к Спасу на остров Кижи, в Сенную Губу и за Онего-озеро в Челмужу. Сохранилось предание, что в Челмуже её угостили сигом, который позже стал её любимым рыбным блюдом. Скромной инокине удалось вывезти в Толвуй много денег и драгоценностей. Она пожертвовала большой вклад в обе местные церкви и тем расположила к себе духовенство.

Увы, благотворительность не стала единственным занятием Марфы. Она создала в Обонежской пятине целую систему фельдсвязи. Нет, я не шучу. Её возглавили толвуйский поп Ермолай Герасимов и его сын Исаак. Главными агентами стали толвуйские крестьяне братья Гаврила и Клим Блездуновы с отцом Еремой, Поздей, Томило и Степан Тарутины и другие. Всего около 20 человек.

Местный поп и завербованные крестьяне имели лошадей и лодки, и, как и все местные жители, пользовались полной свободой перемещения по обширному полупустынном краю. Два пристава, отряжённые боярской думой следить за Марфой, беспробудно пьянствовали. Ксения Шестова ещё в Москве хорошо владела грамотой, а её муж Фёдор Никитич (Филарет) позже получил славу лучшего в России шифровальщика. Он лично разработал несколько хитрых шифров[10].