– Может быть. Но я почувствовала такое облегчение, когда всё так случилось. Правда, мне стало легко. Как камень с плеч свалился.
Она обманывала, и в то же время действительно говорила правду. Такое вот состояние. Так наверняка бывает и у других. Нет четкого разделения, не может быть. Это только в плохих книжках…
Пили: он кофе, она – чай. Чай был очень горячий; Серафима обжигалась, но глотала. Казалось, что чем скорее допьет его, тем скорее уйдет. Поняла, что необязательно допивать. Очнулась, отставила чашку.
– Я пойду.
Он не поднял головы. Она встала.
– До свидания, Лёня.
– До свидания.
Пришло время познакомить родителей с Олегом… Странно, но после его возвращения из Москвы Серафима всё чаще мысленно называла его Олегом, а не по фамилии…
Родители заехали как бы случайно – были в городе и решили проведать дочь. Но на самом деле этому предшествовали телефонные разговоры, вернее, переговоры… О том, что у нее появился новый молодой человек – хоть и опять немолодой по возрасту, – Серафима сказала маме в тот день, когда Олег улетел подавать документы на развод. Мама отреагировала по своему обыкновению с обезоруживающей прямотой:
– Вот видишь, я же говорила – весной свадьбу будем играть.
Серафима не сразу нашлась, что ответить. Даже слегка задохнулась от неожиданности.
– Ну, еще неясно…
– А что ж неясного, если человек разводиться решил.
– Посмотрим.
…Минут за десять до приезда родителей, Серафима зашла на кухню. Олег, как большую часть времени, что-то печатал в своем ноутбуке.
– Мама с папой решили заглянуть. Не против? Как раз познакомитесь.
Он оторвался от экрана. Взгляд какой-то отсутствующий. Но через пару секунд прояснился.
– А, да, конечно. Рецензию пишу, увлекся… Джинсы надо надеть.
Он глянул на свои треники, и Серафима тоже. Эти треники ее раздражали. Растянутые, к тому же заштопанные на коленке.
– Да, если можно. – И с трудом удержалась, чтоб не добавить: «Надо купить новые». Вообще уже несколько дней она готовила себя, настраивала на предложение сходить в «Мегаполис». Ей хотелось сменить его гардероб. И имидж. Эти черные джинсы, черный свитер, черное пальто ее раздражали. В этой одежде он ходил в прошлой жизни, а теперь наступает новая. И нужны новые цвета. Новая палитра.
Слава богу, не пришлось просить освободить стол. Олег сам убрал ноут, тетрадки, ручки… Надо, конечно, письменный купить. Только куда его ставить? В спальню бесполезно – Олег встает раньше и все равно идет на кухню работать, а здесь, на кухне, просто некуда.
Серафима включила чайник, выставила вазочку с печеньем, достала чашки… Как раз и домофон запиликал.
Конечно, волновалась. Хоть и привыкла жить отдельно, независимо, самостоятельно, но мнение родителей, особенно мамы, было для нее важно. С другой стороны, не были родители в восторге от ее близости с Игорем Петровичем – человеком старше их почти на десять лет, – и разве ее это останавливало? Да и история с Лёней. Но здесь, сейчас было иначе – впервые, кажется, после Вани Башкирцева Серафима официально знакомила родителей со своим парнем.
Знакомство прошло неплохо. Без разговоров взахлеб, но и без напряженного неловкого молчания. Первым делом установили, что все они здесь сибиряки – папа и Серафима родом из Омска, мама – из-под Тюмени, а Олег – из Абакана, но потом с родителями переехал в Красноярский край.
Возникла тема Севера, и хоть Олег не бывал в Салехарде и Пыть-Яхе, зато по литературным делам ездил в Ханты-Мансийск, откуда, вслед за Серафимой, родители с Женькой и сыном Сашей перебрались сюда… То есть общие точки нашлись.
– Да, мы ведь к вам не просто так! – вспомнила мама. – Мяса привезли. Юр, – обратилась к папе, – там сумка в прихожей.
Папа принес сумку, достал кусок светло-розового мяса в полиэтилене.
– Это свинина? – поморщилась Серафима; в последнее время не могла ее есть.
– Говядина, – опередил ответ родителей Олег. – И, судя по всему, хорошая.
– О, вы в мясе разбираетесь! Наш человек.
Посмеялись.
– Олег отлично готовит, – сказала Серафима.
– Ну вот, – кивнула мама, – не будешь теперь на бутербродах и пицце.
– Серафима тоже готовит замечательно, – парировал Олег. – Картошку с курицей запекает, тыквенный суп просто объедение.
– Это, значит, есть теперь для кого готовить. А так – ленилась.
– Зато пишет много.
– Да-а, – вставил папа, – Сима много пишет, и главное талантливо.
– А Олег – известный прозаик. Лауреат «Большой книги».
– Ну а ты – «Дебюта». И «Евразии».
– В общем, – подытожила мама, – два сапога пара.
Снова посмеялись…
Попив чаю, поговорив всё в таком духе, стали прощаться.
– Вернетесь из Ленинграда – пригласим на блины, – пообещала мама.
– С удовольствием.
– Там у нас бор рядом – можно погулять. Вы, Олег, на лыжах катаетесь?
– Когда-то катался.
– Сорок второй размер? – папа глянул на ноги Олега.
– Точно.
– Ну, как раз. Приезжайте.
– Обязательно.
Серафима улыбнулась: «Вот уже и совместные планы появились». И стало совсем хорошо на душе. Будто закончила складывать сложный пазл.
Перед перемячами у Касимовых решилась:
– Давай сходим в «Мегаполис».
