Хорошее вооружение, система маскировки, одна из самых совершенных, броня и потрясающая маневренность, различные вспомогательные средства. В свое время они на равных боролись с отрядами бронетехники прошлых государств и разгоняли местные армейские подразделения.
Громадные шагающие силуэты почти не видно, только слабые контуры их, да и то не всегда. Три на три метра, слабый малиновый контур. Где-то вот тут. Стрелять сюда. Если попадете.
Эфир мигом заполнился веселой и немного напряженной речью. Трескотня выстрелов теперь слышалась отовсюду, Десант, высадившись, быстро рассредоточивались по городу. В каждую улицу, каждый дом под контролем.
Я видел три «Донга», в каждом может поместиться десяток тяжелых пехотинцев. Три отделения в каждом, всего девять. В Красноярске вроде бы семь отделений есть, итого двадцать один чело… То есть тяжелый пехотинец.
Не так уж и мало.
Интересно, сколько тут?
Змеи, на свою беду попавшиеся на пути, сгорели спичками, не успев даже выстрелить.
Как завороженный, я следил за действиями наших. А посмотреть на что было, было… Любое сопротивление просто сметалось, вырубалось на корню. Все враждебное — тоже. Атака тяжелой пехоты была незабываема. Короткие хлесткие очереди мощного оружия поддерживались и с неба, «Осы» то и дело устремлялись куда-то и кружили там, поливая землю лучами из лучеметов ПРО и очередями бортовых пулеметов.
Я в первый раз видел атаку тяжелой пехоты. Вживую, не по тиви, да и где по тиви это увидишь? Кто будет выкладывать секретные сводки боевых действий в Сеть?
Посмотреть было на что. Громадные темные силуэты то появлялись, то пропадали в видимом диапазоне, выдавали их только слишком быстрые перемещения и выстрелы. Тихая пустая улица, в которую открыты покинутые пустые окна домов. Вдруг один из домов внезапно истекает пламенем и осколками, стены прорастают дырами, вспучиваются окна, обломки вылетают наружу от внутренних взрывов. Луч лазера, невидимый в чистом воздухе, выжигает все на своем пути, мелкие предметы мгновенно раскаляются и рассыпаются искрами, стены раскаляются и горят. Высокоскоростные пули АТВ пронзают стены как бумажные, разметывая груды обломков и разрываясь внутри яркими оранжевыми огоньками.
И где-то неподалеку появляется смазанный угловатый силуэт пехотинца. Поворот ствола АТВ или НТСУ в поисках новой цели, и снова начинают работать маскировочные системы. Силуэт расплывается, сливается с окружающей местностью, от него остается только смазанный оранжевый контур, заботливо подведенный моей системой.
Следил я до тех пор, пока вдруг ближайшие ко мне контуры начали гаснуть, а моя система завопила на все лады об опасном облучении.
Сразу сообразить я не успел, но все же успел вовремя.
Тяжелая пехота сейчас в сети, боевой сети. И кто-то из них сейчас заметил излучение моих сканеров, включил подавители, передавая параметры сканирующих устройств своим товарищам по сети, и сейчас как раз кто-то из них в меня целиться.
Подорвался с крыши, срывая ботинками листы жести, и рыбкой нырнул в чердачную дверь, в ее центр, открывать времени не было. На ней верхом влетел на лестничную клетку, сжался, руками прикрывая шлем и лицо, потом толкнулся ногами в сторону, еще на этаж ниже.
Край крыши взорвался, вскипел раскаленным металлом и испаряющимся пластиком. Вниз устремилась волна теплого воздуха и пыли, дом дрогнул, зашатался.
— Нас сканировало неизвестное оборудование! — Крикнул кто-то в эфире.
— Хорош стрелять! — Выкрикнул я прямо в микрофон. — Ребят свои мы на «Джулии» сидим, не стреляйте!
— Твою мать так, предупреждать надо! На кой черт на крыше сидишь?
— Посмотреть. — Вмешалась Ленка. Женский голос, приятный и спокойный. — Ребят, красиво вы их!
— Да мы еще и не так могем! — Вмешался еще один голос. — Приходи, красавица, через три денька вечером к старой водонапорной башне на шоссе…
— Шон, так не честно! Ты ж не один!
— Прости, красавица, а у тебя подружки есть?
— Город, порядок в эфире! — Рявкнула Тамара. Она тоже сидела на нашей волне, все переговоры слышала.
Через полчаса рядом с двором тормознул «Варан», здоровенный, неуклюжий, из которого выбралось несколько человек. В боевых комбинезонах, с застегнутыми шлемами.
Просочились мимо разбитых вездеходов, замерших у выхода, подошли к «Джулии».
Один из них поднял маску шлема.
— Курсанты, где вы там? — Спросила в сторону входа Татьяна Левина. — Выходи давай! Тут жопики есть еще, или уже всех пощелкали?
— Да нет. — Ответил я из окна подъезда, не высовываясь на линию выстрела
Верно сделал, в мою сторону сразу же нацелились три АСВ, мазнуло прицельными маркерами.
— Слышу знакомый голос! — Татьяна оглянулась. — А остальные где есть? Спускайся давай оттуда.
Из люка «Джулии» выглянул Лешка.
— Тань, а у нас тут пленные, пять человек… Что с ними делать?
