— Если мы находим крысаков, то надо их убивать как можно быстрее. Тут, внизу, их гнездо. Все признаки есть. Я засекла пустоты, и они наверняка уже заняты. Вниз лезть — безумие, там и армия не справиться. Кто его знает, куда все это ведет, может, даже и в старое метро привести, которое сейчас… Да что там говорить! Даже кибы вниз не лезут, не то что вы, новобранцы. Но одна семья, штук двадцать особей, ушла отсюда. Откочевала. Следы видны. С воздуха их отследить сложно, этот проклятый район просто создан для того, чтобы тут прятаться! Надо указать с земли на цель, чтобы не перепутали и чтобы кочевье не разбежалось. Если же они успеют вырыть норы и залечь там, то это будет еще одно гнездо, которое надо будет выжигать. Если найдем крысаков на марше, то сумеем уничтожить, и не понадобиться потом ставить генераторы на их норы. И продолжим патрулирование.
Ленка невзначай села так, чтобы иметь возможность прибить нашу проводницу быстро и без лишних слов.
— Таня, может, прибавим скорость?
— Влетишь в засаду. — Таня всматривалась в дорогу. — И я не увижу ничего. Так что держись прежней скорости… И не торопись — на тот свет всегда успеешь.
Машина вильнула на повороте, тут уже кто-то проходил, хорошенько укатал колею, и медленно стала карабкаться на пригорок. По сторонам топорщились унылые кусты. Такие же серые, как и трава, они обреченно выталкивали из потрескавшейся серой земли свои голые и даже на вид острые ветки.
Проследив мой взгляд, Татьяна сказала:
— Шины рвут в клочья.
Я кивнул, держась середины дороги.
На детекторах все еще было пусто.
Машина выскочила на гребень холма и покатила вниз, по дороге.
— До низу. — Сказала Татьяна. — Там будет железная дорога… Знаете, что это такое-то? Около нее можно остановиться, место удобное. Но сначала проедем через старый комбинат. Держаться середины, по сторонам смотреть!
Крысаки шли ходко. Сначала я никак не мог разглядеть их следы, и никак не мог понять, как Таня ориентируется и каким образом задает нам направление движения. На снегу вроде бы все то же самое, да и подтаял он сильно. И трава эта через снег растет, словно и не было ничего. Не помогает, короче.
Только уж собрался спросить у Тани, как ей это удается, но помолчал, решил сам пока что посмотреть. И через некоторое время резко заметил, что места тут немного отличаются. Тут кто-то прошел. Вон, сбросили на землю невесть зачем часть какой-то арматурины, вот тут кто-то долго и внимательно обследовал кусок сохранившейся опоры, и что-то сняли с нее, виден свежие металл на сломе. Да и трава-то тоже покажет, если на нее правильно смотреть. Где-то помялась, где-то выпрямилась, и где-то снег с нее сбит.
Чужое присутствие. Вот так человек заходит себе в комнату, видит, что любимая пепельница лежи на пару сантиметров левее, чем он привык, и поднимает скандал, кто тут без меня бардак устроил, а ну, признавайтесь!?
А как он догадался, что в его комнате кто-то был? Да он и сам не знает, просто ощущает вторжение в личное пространство. И это ему не нравиться, он еще не понимает, что именно ему не нравиться, а потом видит — да я же по привычке пепел стряхиваю не глядя, и попадаю вместо моей любимой пепельницы на пол…
Вот тут примерно это же самое. Следы крысаков не были видны явно, но я их ощущал по ряду примет. Таня тоже что-то чувствовала, и указывала дорогу правильно. Ее указания и мои предчувствия ни разу не вступили в конфликт. Таня тоже чувствовала, куда они пошли.
Все-таки местный старожил…
— Они уйдут километров на двадцать. — Задумчиво сказала Таня. — Ближе не могут, им прошлая семья не даст ближе остановится, загрызут. Дальше… Нет, дальше не уйдут, они от города кормятся. И места тут для них хлебные. Так что далеко не пойдут. Норы у них еще нет, но копать будут быстро… Дальше почва очень рыхлая, и строений много там было, подвалы остались. Думаю, до вечера мы их настигнем в любом случае.
— А если не настигнем? — Быстро спросила Ленка. — Если мы их не найдем, или если мы влетим в засаду? Какое у них может быть оружие?
Таня глянула на Ленку очень внимательно.
— Оружие… А вот это, ребята, уже лотерея. Может быть, а может и не быть. Нет, совсем не быть — не может. Дубинки и дротики будут обязательно, так что не расслабляйтесь. Еще могут очень метко камни бросать, это называется праща. Веревки связывают, раскручивают, и бросают. Я вам потом покажу. А вот огнестрельного мало. Однострелы в основном, самоделки откуда-то получают. Серьезный огнестрел только у адаптантов встречается. Которые около Ачинска. Калашниковы там, Кольты…
