Как на балу гостей принимаю,
Суету навожу и встречаю.
— Кого еще ждем, ах, еще этих… -
Ждем опоздавших, отпетых.
— Дружище, а что вдруг полезна седина?
Неужели пилит дома жена?
Или другой есть аргумент?! -
— Ну спасибо, конечно, за комплимент! -
За стульями бежать к соседу пришлось,
Ну не подсчитал, не срослось,
Лишь бы хватило на всех блюда,
Сам жрать не буду.
Ну вроде гостей не больше, чем надо
В грязь не вдарил лицом, рады
И стоило последней персоне появиться
— Ну что, давайте садиться?!
— Обещают холодину в эту пору… -
Что сказать, крутое начало разговора,
Мария Ивановна самая тут центровая,
Как дворянка столбовая.
И ее сестрице надо донести:
— Ой, Марья и не говори. -
Самое время погоду оплакивать,
Да она любительница сестре поддакивать.
На первом и втором мы тосте,
Стали проще мы, тяжесть бросьте.
Вход шли и блюда вторые:
— Хорошо зарабатывают, молодцы какие. -
А Нюра румянцами заливается,
Ну естественно, кому не понравится,
Баяниста тут Васелька подтянули,
В пляс дали стариной тряхнули.
Вышли было дело мужики закурить,
Под баян Васька бабы стали скулить
«Ох, что же бабанька я наделала,
Я тебя не дождалась, ох, не дождалась
Ведь надела платье белое,
Но веревочка к соседнему дому вилась.
Ты прости, прости не наглядный мой,
Что такая не путевая.
Будешь счастлив ты с другой,
А судьбинушка моя подковою».
Заходим в хату, а там ж риторики тон,
Марья Ивановна, как оратора-цецирон:
— Не буди лихо, пока оно тихо.
Сиди спокойно пока не утихнет вихрь,
У нас всегда на родине матушке,
Горячий голове, первым не ладушки.
Кто первее всех мчал,
Конец дороги, все причал,
А годы то летят, как бывает… -
— Ой, летят-летят… — Сестрица подсевает.
Семейное такое, у них видно
И этот полицай на нее смотрит ехидно,
Благо не видит Богородица,
Полицай этот не знаю кому кем приходится.
— Моего бы еще надо женить,
А то харе шалтай-болтаем быть. -
Все головой кивают в кабинете,
Марья Ивановна у нас в авторитете.
Самонарощенное сочувствие какое-то,
Но, а далее вообще шапито.
Дуняша, старая бабка, порвала все мосты:
— Свекровь у двоюродной сестры… -
Начала бы сейчас Нюр,
Но оставим это, это нуль.
— Ну чего дед-то у вас еще живой?
А то в том году был плохой,
А то похороны дорого стоют,
Себе-то накопила, да не поспорю. -
Палец в рот не клади Марье Ивановне:
— Да, я сама про это самое… -
Сестрица ее догоняет:
— Да, все дорожает. -
— Ладно, хоть я себе накопила,
А вот не знаю, чтоб со мной было,
Ни кутьи бы не было, ни пира,
Да бросили бы в безымянной могиле. -
— У нас у деда, ладно хоть наследство,
Сыновьям есть куда деться.
Так сейчас тоже растраты…. -
— Да, растраты ползарплаты. -
— Пеленки, нянюшка поскорей бы ты,
Господи, грешную прости. -
И полицаю влезть надо:
— А вы сыпаните ему яду. -
— А вы как наследство поделите? -
Старуха затевает пыл не умерите.
— У вас же поровну-то не получается… -
Марья Ивановна не огорчается:
— Да мы всё уже решили
И завещание изучили,
У нас нотариус свой человек,
Дал информацию за процент.
— Да, всё сделали, да всё хорошо. -
После сестрицы, старуха назло.
— А вы не думаете, что изменит завещание малость? -
Тут Марья Ивановна взбунтовалась,
Речей в театре услышать где бы,
Как делят шкуру не убитого медведя.
Дед бедный лежит себе
И знать не знает, что на его корме
Родственники ждут, дожидаются.
— Мой за границу отправится… -
Счастливая Марья Ивановна про сына.
— Мы расписали на жизнь вполовину,
Но вот сейчас потерпим немного
И вперед ногами к Богу. -
— Ой, терпим, терпим, тревога. -
Как всегда, в своем репертуаре, от сестры не долго.
— Надеюсь, осталось полгода,
Доктор давно предвещал перехода. -
Не выдержал я, да как вскочу:
— Идите, вы к черту, вернусь, в сектантскую деревню ту.
Для подготовки обложки издания использована художественная работа автора.
