В стольном городе в Киеве,Что у ласкова сударь-князя ВладимираБыло пирование — почестной пир,Было столование — почестной столНа многие князи и бояраИ на русския могучия богатыри.А и будет день в половина дня,И будет стол во полу столе,Владимир-князь распотешился,По светлой гридни похаживает,Черны кудри расчесовает,Таковы слова поговаривает:"Есть ли в Киеве такой человекИз сильных-могучих богатырей,А кто бы сослужил службу дальную,А и дальну службу заочную,Кто бы съездил в орды немирныйИ очистил дороги прямоезжияДо моего тестя любимого,До грозна короля Этмануила Этмануиловича;Вырубил чудь белоглазую,Прекротил сорочину долгополую,А и тех черкас пятигорскиех,И тех калмыков с татарами,Чукши все бы и алюторы?"Втапоры большой за меньшего хоронится,А от меньшего ему, князю, ответу нет.Из того было стола княженецкого,Из той скамьи богатырские?Выступается удал доброй молодец,Молоды Добрыня Никитич млад:"Гой еси, сударь ты мой дядюшка,Ласково солнцо Владимир-князь!Нет у тебя в Киеве охотниковБыть перед князем невольником.Я сослужу службу дальную,Службу дальную заочную,Съезжу я в орды немирныя,Очищу дороги прямоезжияДо твоего тестя любимого,До грозна короля Этмануила Этмануиловича,А и вырублю чудь белоглазую,Прекрочу сорочину долгополую,А и тех черкес пятигорскиехИ тех калмыков с татарами,Чукши все и алюторы!"Втапоры Владимир-князьПриказал наливать чару зелена вина в полтора ведра,И турей рог меду сладкого в полтретья ведра,Подавали Добрыне Никитичу,Принимает он, Добрыня, единой рукой,Выпивает молодец едины́м духо́мИ турей рог меду сладкого.И пошел он, Добрыня Никитич млад,С княженецкого двораКо своей сударыне-матушкеПросить благословение великое:"Благослови меня, матушка,Матера вдова Афимья Александровна,Ехать в дальны орды немирныя,Дай мне благословения на шесть лет,Еще в запас на двенадцать лет!"Говорила ему матушка:"На кого покидаешь молоду жену,Молоду Настасью Никулишну?Зачем же ты, дитетка, и брал за себя?Что не прошли твои дни свадбенные,Не успел ты отпраздновати радости своей,Да перед князем расхвастался в поход итить?"Говорил ей Добрынюшка Никитьевич:"А ты гой еси, моя сударыня-матушка,Честна вдова Афимья Александровна!Что же мне делать и как же быть?Из чего же нас, богатырей, князю и жаловати?"И дает ему матушка свое благословение великоеНа те годы уреченныя.Прощается Добрыня Никитич младС молодой женой, с душой Настасьей Никулишной.Сам молодой жене наказывает:"Жди меня, Настасья, шесть лет,А если бо не дождешься в шесть лет,То жди меня в двенадцать лет.Коли пройдет двенадцать лет,Хоть за князя поди, хоть за боярина,Не ходи только за брата названого,За молода Алешу Поповича!"И поехал Добрыня Никитич младВ славныя орды немирныя.А и ездит Добрыня неделю в них,В тех ордах немирныех,А и ездит уже другую,Рубит чудь белоглазуюИ тое сорочину долгополую,А и тех черкас пятигорскиех,А и тех калмык с татарами,И чукши все и алюторы, —Всяким языкам спуску нет.Очистил дорогу прямоезжуюДо его-то тестя любимого,До грозного короля Этмануила Этмануиловича.А втапоры Настасьи шесть лет прошло,И немало время замешкавши,Прошло ей, Никулишне, все сполна двенадцать лет,А никто уже на Настасьи не сватается,Просватался Владимир-князь стольной киевскойА за молода Алешуньку Поповича.А скоро эта свадьба учинилася,И скоро ту свадьбу ко венцу повезли.Втапоры Добрыня едет в Киев-град,Старые люди переговаривают:"Знать-де полетка соколиная,Видеть и поездка молодецкая —Что быть Добрыни Никитичу!"И проехал молодец на вдовей двор,Приехал к ней середи двора,Скочил Добрыня со добра коня,Привязал к дубову столбу,Ко тому кольцу булатному.Матушка его старехунька, —Некому Добрынюшку встретити.Проходил Добрыня во светлу гридню,Он Спасову образу молится,Матушке своей кланяется:"А ты здравствуй, сударыня-матушка,Матера вдова Афимья Александровна!В доме ли женишка моя?"Втапоры его матушка заплакала,Говорила таковы слова:"Гой еси мое чадо милая,А твоя ли жена замуж пошлаЗа молода Алешу Поповича,Ныне они у венца стоят".И походит он, Добрыня Никитич млад,Ко великому князю появитися.Втапоры Владимир-князьС тою свадьбою приехал от церквиНа свой княженецкой двор,Пошли во светлы гридни,Садилися за убраныя столы.Приходил же тут Добрыня Никитич млад,Он молится Спасову образу,Кланяется князю Владимиру и княгине Апраксевне,На все четыре стороны:"Здравствуй ты, осударь Владимир-князьСо душою княгинею Апраксевною!Сослужил я, Добрыня, тебе, князю, службу заочную,Съездил в дальны орды немирныяИ сделал дорогу прямоезжуюДо твоего тестя любимого,До грозного короля Этмануила Этмануиловича;Вырубил чудь белоглазую,Прекротил сорочину долгополуюИ тех черкас пятигорскиех,А и тех калмыков с татарами,Чукши все и алюторы!"Втапоры за то князь похвалил:"Исполать тебе, доброй молодец,Что служишь князю верою и правдою!"Говорил тут Добрыня Никитич млад:"Гой еси, сударь мой дядюшка,Ласково солнцо Владимир-князь!Не диво Алеше Поповичу,Диво князю Владимиру —Хочет у жива мужа жену отнять!"Втапоры Настасья засовалася,Хочет прямо скочить, избесчестить столы.Говорил Добрыня Никитич млад:"А и ты, душка Настасья Никулишна!Прямо не скачи — не бесчести столы,Будет пора — кругом обойдешь!"Взял за руку ее и вывел из-за убраных столов,Поклонился князю ВладимируДа и молоду Алеше Поповичу,Говорил таково слово:"Гой еси, мой названой брат,Алеша Попович млад!Здравствуй женивши, да не с ким спать!"
