Русские уроки истории полностью

Почему не распалась Россия — Российская Федерация, как это планировали США? Почему полностью не распалась пока даже Украина — несмотря на отделение Крыма, Севастополя, Донецка и Луганска, потери Запорожской области и Херсона? Почему Беларусь устраивает так называемая «диктатура»? А ведь в Беларуси тоже не одна область, есть свои «запад» и «восток». Ведь целью западного импорта демократизации было умножение числа самовольных субъектов, не имеющих истории, грызня между которыми и должна была привести к окончательному демонтажу русской государственности — в том числе на Украине и в Беларуси. Но для уничтожения остаточной русской — то есть советской — государственности на Украине пришлось развить демократию до нацизма.

Не работает демократизация. Причины делятся на две группы.

С одной стороны, народ (именно народ, а не «население») сменил веру в коммунизм на веру в демократию лишь условно — из-за краха светской веры как таковой. Вера в демократию у нас имела имитационный и компенсаторный характер, её пик пройден — он, собственно, и пришёлся на перестройку и начало 1990-х годов. Именно на осознании этого свершившегося факта строится сейчас как внутренняя, так и внешняя политика российской власти. Населению Украины ещё только предстоит осознать последствия демократизации, которая не остановилась на рубеже веков, а продолжилась государственными переворотами 2004 и 2014 годов, поглотившими остатки советской государственности, унаследованной от СССР-УССР. Но, подчеркнём ещё раз, главное достижение украинской импортной демократии — в установлении нацистского режима, как и главное достижение Веймарской Республики в Германии.

В России власть и государство с согласия народа имитировали демократию — безосновательное своеволие политических поступков — для временной передышки в противостоянии с Западом. Мы маскировались. Однако стратегической перспективы «управляемая демократия» в России не имеет, поскольку с точки зрения создавшего её Запада мы всё равно подлежим «демократическому демонтажу», и ни для чего другого эти инструменты не предназначались. В управляемую демократию, как высшее достижение цивилизации, признаваемое Западом, не верит не только русский народ. В неё не верила и самопровозглашенная «элита», новые богатые. Они были не готовы передать публичные функции власти и полномочия «профессиональным политикам», которым «доверяло» бы население. Новые богатые сами лезли во власть, не полагаясь друг на друга, стремясь самостоятельно обслуживать свои состояния, лично обладать престижем власти и влияния, иметь особую защиту и «реальные» права. Скрывать и прятать своё богатство они не были готовы и не хотели.

Наше будущее заключено в отказе от светской веры как таковой, от управляемой всеобщей демократии как социально-политического порядка светской веры. Нам не нужна элитократия, действующая из-за сцены, и чехарда «профессиональных политиков», называемая сменяемостью власти. Наше будущее — в возвращении к исходным принципам христианской цивилизации в отношении веры (для этого у нас есть православие) и в продолжении русской философии, исторической жизни нашего государства и народа, практики русской власти.

Хозяйственный и экономический разгром России в ходе революции 1985–1999 годов не сломал инфраструктуры, ставшие материальным скелетом российского государства, переходящего от социалистического к народному типу. Это газодобывающие и газотранспортные мощности, система электроснабжения, железные дороги, морские порты, космическая деятельность, ядерный щит со всем, что его обеспечивает. Вокруг этой скрепы начало организовываться новое хозяйство, предполагающее значительно большую самодеятельность включённых в него людей, резкое увеличение числа принимающих ответственные хозяйственные решения.

Нас обязательно попытаются добить. Не дать подняться в новом качестве суверенного народного государства, народной империи. Время мира подходит к концу. И сначала нам придётся вернуть потерянное, разгромить воинствующий национализм окраин, единственное назначение которого — уничтожение универсальной анти-националистической русской цивилизации. Битва за Украину — рубеж, дальше которого мы не можем отступать ни территориально, ни идеологически.

СССР построил общество реального социального равенства, навязав его в качестве образца всем остальным государствам европейской цивилизации. Вместо «демократических» городов-коммун Западной Европы (см. с. 171–176) мы построили социалистические города-фабрики, города-крепости, наукограды и культурные столицы. А ведь в позитивном плане ничего больше, кроме известного нам на практике равенства и бесклассового общества, за лозунгами демократии и прав человека и не стоит. Именно такое общество и было построено в СССР.