— Нет, евреи по большому счёту тут не причём, Мэгги. Я говорю об истинных господах, о той весьма немногочисленной части американо-европейского истеблишмента, которая контролирует практически всю финансовую систему и англичан среди них немало. Это как раз они распродали Лондон оптом и в розницу всего лишь по той причине, что давно уже сменили слуг. Те времена, когда на них работали евреи, да и то не все, давно уже прошли и ещё в конце двадцатого века они сделали ставку на арабских шейхов. Относительно же евреев я тебе так скажу, такого народа уже добрых полторы тысячи лет нет в природе, как единого этноса. Есть несколько разных этносов объединённых иудаизмом, которые не только относятся друг к другу недоверчиво, но довольно часто яро ненавидят точно таких же иудеев, как и они, но с другим цветом кожи. К нам уже сейчас присоединилось немало ашкенази, а вскоре их число увеличится раз в десять и мы не имеем ничего против того, что они будут исповедовать иудаизм. Поверь, они сами против ортодоксального иудаизма и потому подвергнут свою религию основательной модернизации, как это сделала православная церковь. Если какая-либо церковь не развивается вместе с обществом, то она рано или поздно отмирает или вырождается в античеловеческий, тоталитарный культ. Впрочем ты ведь всё это и сама знаешь, Мэгги, как знаешь и то, что мы, русские, готовы принять всех, кто не относится к нам с ненавистью и потому тот новый мир, в котором мы будем жить через несколько десятков лет, будет очень разнообразным и на той планете, куда мы улетим, появятся такие города, как Лондон и Париж, Берлин и Амстердам, а вот Мекки там точно не будет. Я не имею ничего против ислама, как религии, но являюсь самым ярым противником исламского фундаментализма и потому наша новая цивилизация будет иудо-христианской, но не такой, какой она была прежде. А теперь пойдём завтракать, я зажарил цыплёнка-табака.
И всё же во время завтрака Мэгги задала Максиму ещё один довольно непростой вопрос:
— Макс, почему ты не хочешь нанести по ним удар?
Подполковник Первенцев, обглодав крылышко цыплёнка, усмехнулся и с улыбкой спросил:
— А зачем, Мэгги? Они всё делали чужими руками и если кого из них взять за шкуру, тут же начнут вопить, что никогда не имели дела с новыми русскими и считали их всех преступниками и негодяями. Если мы станем мстить ещё и им, то тем самым развяжем третью мировую войну. Для того, чтобы мы, русские, смогли улететь на другую планету, нам нужно сорок, пятьдесят лет мира, а всё остальное у нас и так есть. Мы обязательно нанесём удар по тем, кто пытался нас уничтожить, но это будет очень хитрый и коварный удар. Мы дадим возможность перебраться в Россию всем тем европейцам, которые уже сейчас не нужны этим ублюдкам, так называемом умеренному среднему классу, а это рабочие, у которых отняли фабрики потому, что китайцам можно платить в пять раз меньше, инженеры, учителя, врачи и люди многих других профессий, а точнее тем из них, кто не испытывает ненависти к русским и страдает от засилья новых варваров. А им оставим всякую гопоту, то есть маргиналов, а также ни на что не годных высоколобых умников. Мэгги, как это ни печально сознавать, но уже лет через сто Европа уже не будет миром белых людей и даже в обоих Америкам им уготована участь раствориться в массе людей с куда более тёмной кожей. Негроидная раса тоже сгинет без следа, но всё это произойдёт уже без нас. Поэтому Православная Русь это единственное прибежище для таких людей как ты и Билли, а также для всех остальных англичан, которые не хотят жить в мусульманской Англии. Мы даже глубоких стариков увезём в новый мир и они проживут в нём лет сто, не меньше. Но и это ещё не всё. В тайне от всех мы сделаем псиониками индейцев Южной и Северной Америки, жителей Полинезии и Микронезии, а также аборигенов Австралии и некоторые народы Африки. Вот они-то и станут в конечном итоге нашим карающим мечом, ведь их считают отбросами, которые нужно уничтожить. Так что не считай нас такими уж безобидными романтиками. Мы отомстим своим врагам точно так же, как евреи в древности отомстили Риму, оккупировавшему Иудею. Прежде чем улететь с Земли, мы породим новую религию и она покончит с тем миропорядком, который создали эти господа и тогда им не поздоровится.
Маргарет улыбнулась и сказала кивая:
— Надеюсь, что я смогу увидеть, как начнут рушиться их бастионы. Лишь бы дальняя космическая разведка нашла для этого подходящую планету, Макс. Ты даже не представляешь себе, как много людей уже через несколько месяцев, когда мы вернёмся из экспедиции, захотят перебраться в Россию.
Максим громко расхохотался и воскликнул:
— Мэгги, не смеши меня. Милая, не забывай, твой Макс и сам профессиональный разведчик, не говоря уже о том, что он, как президент новой России, имеет в Европе мощную агентурную сеть, которая на четыре пятых состоит из европейцев.
Англичанка рассмеялась вслед за ним и сказала:
— Да, как раз об этом я и забыла.