На нижней палубе, прямо под тоннелем, в той половине корабля, что была обращена к носовой части, посередине стояли шкафы с оружием и боескафандрами, в кормовой части находился вместительный грузовой трюм, а за ним реакторный отсек, занимавший совсем немного места. Перед трюмом справа и слева были расположены два десантных люка шириной в четыре метра и высотой в два с половиной. Через них же можно было загрузить в трюм пионера, имевший полезный объём триста шестьдесят кубических метров, много чего полезного, тем более, что два дьюара со сжиженным воздухом находились в реакторном отсеке. Третий десантный люк находился в носовой части космического штурмовика.
Экипаж каждого пионера, кроме пяти летающих штабов, состоял из командира боевого отряда, пилота, четырёх стрелков-операторов и тридцати бойцов-псиоников, вооруженных точно таким же оружием, что и обычный мотострелковый взвод, только без противотанковых гранатомётов и ПЗРК. Их с куда большим успехом мог заменить сам корабль, ведь четыре стрелка могли вести из электромагнитных пушек куда более эффективный огонь, так как они наводили их на цель с помощью баллистического компьютера и им всего лишь нужно было решить, уничтожить цель полностью или только обезвредить, для чего следовало выбрать тип боеприпаса.
Полковник Завьялов лично провёл испытания первого пионера и сразу же убедился, что на Земле не существует такого объекта, который он не смог бы уничтожить одним единственным выстрелом или залпом из всех орудий. Стальная болванка на куски разносила любой танк на дистанции тридцать пять километров, что объяснялось очень просто, она летела со скоростью двенадцать тысяч километров в час и при этом весила девяносто килограммов. Бронебойный снаряд при стрельбе с воздуха проникал под землю на глубину в сто семьдесят метров, а скалярный снаряд своим ЭМ-импульсом выводил из строя всю электронику в радиусе двух километров. Причём даже надёжно защищённую от ЭМ-импульса термоядерной бомбы.
Игорь Завьялов был очень удивлён, когда полтора месяца назад, пятого сентября, в полк "Титаник" прилетел подполковник Первенцев и объявил о том, что деловым настала пора демобилизоваться, после чего полк будет реорганизован. Большинство деловых наотрез отказались уходить в запас, сказав, что как бизнесмены они потеряли квалификацию. Свыше трёхсот бойцов им всё же удалось чуть ли не заставить вернуться домой, но из них почти треть дембелей, став после карингфорса и экспандминда весьма сильными псиониками, тут же заявила, что они останутся нести службу в "Титанике" до пенсии. Все почему-то решили, что новый мир тоже нужно будет кому-то защищать от агрессии извне.
В тот же вечер президент России объявил Игорю, что ему присваивается звание полковника и приказал ему создать отдельный, гвардейский, офицерский псионический корпус быстрого реагирования "Титан". На его вопрос, почему он, подполковник Первенцев ответил так:
— Игорь, при всём своём желании и очень большом опыте, я не могу руководить в бою более, чем полутора десятков бойцов. Подумай и скажи мне честно, сколько бойцов ты можешь контролировать в ходе боя и направлять их туда, где они нужны в данную, конкретную минуту, а то и секунду?
Игорь Завьялов в тот момент представил, что они окружены врагами не чета тем, с которыми "Титанику" уже приходилось сражаться и сам испугался, поняв, что его возможности больше численности полка. Подняв глаза на человека, сделавшего для него так много, он прошептал:
— Максим, это больше, чем полк.