Некоторое время он молча слушал, потом сдержанно поблагодарил и спрятал трубку в карман.
— Похоже, мы действительно опоздали, — сказал он после недолгого молчания.
— Вы звонили насчет предпоследнего в этом списке, — Брусницкий постучал ногтем по экрану.
— Да.
— Так, посмотрим. Работал в морге, среди сослуживцев имел кличку Верблюд, подозревался в некрофилии. И что?
— Убит вчера ночью. Скажите, Сергей, у трупа вашего руководителя были повреждены гениталии?
— Как вы узнали? — спросил тот. — Да, у него была вырвана мошонка.
Волохов поманил его за собой. Они вернулись в комнату, Павел откинул куртку с тела и перевернул его на спину. Брусницкий поморщился.
— Так это что, один и тот же маньяк поработал? Это его квартира? И вообще, что происходит?
— Вы мне не поверите… — покачал головой Волохов. — Что вы еще нашли в компьютере?
— Передача шла адресно. Вам и еще одному юзеру.
— Кому?
— Ну, пользователю.
— Адрес или телефон можете вычислить?
— Попробую, но потом вы мне все объясните.
Волохов осмотрел лежащее на полу женское белье, затем развернул лампу, чтобы она освещала угол комнаты. Белесые капли подсыхающей жидкости привлекли его внимание. Он коснулся их пальцем, поднес к носу и, брезгливо сморщившись, вытер пальцы о куртку, прикрывавшую труп.
— Павел, — позвал его Брусницкий, — есть запись.
Волохов быстро подошел к нему. На экране была пустая комната. Часы в правом углу монитора показывали время. Щелкнул замок входной двери, засветился глиняный плафон. Волохов наклонился, пытаясь разглядеть входящих. Один из них тащил бесчувственное тело, второй, переступив порог, бессильно прислонился к косяку двери. Свет с лестничной площадки осветил бледное изможденное лицо.
— Кто это?
— Я не знаю его, — сказал Волохов.
Вошедший первым бросил свою ношу посреди комнаты. Обмякшее тело упало на пол, голова глухо стукнулась о паркет. Бледный парень оторвался от двери и шагнул внутрь.
— Дверь закрой.
При звуке этого голоса Волохов подался вперед.
Бледный парень послушно запер дверь, прошел в комнату и, бессильно опустившись на пол, привалился спиной к зеркалу.
Вспыхнула бестеневая лампа.
— Светка, — ахнул Волохов.
— Ваша знакомая?
— Да. Она пропала в конце июня.
Парень позвал Свету, она подошла к нему со шприцем в руке. Парень снял рубашку. Брусницкий присвистнул.
— Вот это да.
Девушка сделала парню укол и стала раздевать бесчувственное тело незнакомого мужчины. Парень помог ей, а она сделала себе инъекцию. Склонившись над мужчиной, они о чем-то тихо переговорили. Затем парень пристегнул мужчину и, обернувшись к Светке, что-то сказал.
Волохов попросил сделать погромче. Брусницкий пожал плечами.
— Встроенный динамик, что вы хотите. К тому же у камер направленный микрофон.
Берет не все.
Парень поцеловал Светку в уголок губ, и она прильнула к нему, словно пытаясь отвлечь от ненужных вопросов. Они прошли к водяному матрасу, и парень снял со Светки юбку и блузку. Темнота в комнате скрыла от наблюдателей подробности, но что они занялись любовью, было ясно и так.
Волохов вздохнул.
— Что поделаешь, Павел, нет ничего постоянного, тем более в женщинах, — попытался утешить его Брусницкий.
Видно, у молодых людей не получалось. Парень застонал, и Светка отпрянула от него. Волохов пригнулся поближе к ноутбуку, но разобрал только обрывки фраз. Она просила его потерпеть немного.
Мужчина в кресле зашевелился, она надела блузку, прикрывшую ее до бедер, и подошла к нему. Парень на матрасе корчился и постанывал.
Светка включила полный свет, приподняла голову сидящего мужчины и вытащила кляп. Щурясь от яркого света, он посмотрел на нее. У него было бледное лицо и аккуратная черная бородка. По лицу было видно, что он ее узнал. Криво ухмыляясь, он что-то сказал. Светка обернулась к парню.
— Ты слышишь, — крикнула она, — ты слышишь что он говорит?
Мужчина продолжал объяснять, поглядывая на них по очереди, издевательски ухмыляясь. Парень на матрасе корчился, закрывая руками голову.
Светка плюнула мужчине в лицо.
Потом она взяла скальпель с обломанным лезвием.
— Можно промотать вперед, — попросил Волохов.
— Конечно.
Скальпель замелькал, бросая по сторонам блики. Светка сделала надрезы на верхней части груди сидящего. Брусницкий включил нормальную скорость и увеличил изображение. Окровавленные пальцы девушки расширили надрез на груди мужчины, захватили отошедший от мышц край кожи и рванули его вниз. Мужчина зашелся в крике. Лоскут кожи вместе с соском свисал с груди, как мокрая тряпка.
— Однако, — пробормотал Брусницкий, — и вы с ней спали?
— Дальше, — с трудом проглотив комок в горле, сказал Волохов.
Брусницкий переключил камеры. Теперь на экране было лицо девушки. Она не морщилась, когда брызги крови попадали ей на лицо. Только кривились плотно сжатые губы и нервный тик, время от времени, передергивал левый глаз и щеку. Она орудовала скальпелем без определенной цели. Просто уродовала беспомощное голое тело, бившееся в ремнях.
Схватив мужчину за волосы, она откинула ему голову и стала резать лицо.
Волохов закрыл глаза.
— Павел, — позвал его Брусницкий.
