Лера не очень понимала, чем она может помочь покалеченной мотоциклистке… Отвезти к врачу? Это надо было делать сразу… Лера не верила, что довезёт её, а тем более на байке. Никакая скорая помощь в такую глушь, разумеется, не поедет.
Хохловская с видимым усилием открыла один из бардачков в байке, подвинулась ближе и достала оттуда смартфон.
«Прекрасно, - подумала Лера, - вот она - интернет-зависимость». Похоже, эта байкерша решила потратить последние минуты жизни на просмотр мемов. Однако, набирая что-то на экране, она продолжила говорить.
- Катала с нами одна девица… Хорошо себя зарекомендовала, хоть и не стала официально «Валькирией». Все зовут её Огрызко, уж не знаю почему. Она с сестрой участвовала в каких-то крупных разборках с другим молодняком по поводу сливов, взломов и так далее. Её сестра-близнец не вывезла. Погибла там. С тех пор у неё идея фикс - докопаться до сути. Думаю, будете друг другу полезны, - подняв глаза, она продолжила, - я написала ей, чтобы она ждала человечка, который придёт к ней в Скейт-парк с этим напульсником. Байкерша указала на напульсник с шипами на своей руке и показала на смартфоне фото девушки. Мда, такую не забудешь…
Лера попросила жестом отдать напульсник, но байкерша гадко ухмыльнулась и сказала:
– Не всё так просто деточка! - и с неожиданным для едва живого человека проворством вытащила пистолет из того же бардачка, где был смартфон, наставив ствол на Леру, которая уже расслабилась и не ожидала такого поворота.
- Чего надулась? – оскалилась улыбкой окровавленных зубов байкерша. - Неужели думаешь, что если бы я хотела твоей смерти, ты бы ещё дышала? В общем, чтобы получить фенечку, тебе придётся меня застрелить. Так надо, иначе не видать мне чертогов Вальгаллы . Байк, так и быть, забирай. Ты мне нравишься!
- Но… - начала было Валерия.
- Слушай, не зли меня, мы только начали друг друга понимать, - Лера была не уверена, что перед ней всё ещё тот же человек, что откровенничал пару минут назад - настолько сильно от гнева изменилось её лицо. - Я не могу больше так жить! Не хочу: ни здесь, ни прикованной к инвалидной коляске. Выбирай: «ты» или «я»!
- Я, - почему-то ляпнула Валерия. В ту же секунду байкерша сняла пистолет с предохранителя. Видно было, что она не шутит.
- Ой, то есть «ты», - моментально исправилась Лера.
- Тебе нужна эта закалка, иначе ты не выживешь и никогда не добьешься того, за чем бы тебя ни прислали в этот проклятый город. А мне нужно моё место в Вальгалле.
Хохловская повернулась затылком и начала напевать какую-то песню на неизвестном, но похожем на русский, языке.
Лера поколебалась немного, но затем услышала от Хохловской: «с каждым вдохом здешнего воздуха, ты приближаешь себя к реанимации. Авария, яды, химмикаты… Ммм»
Лера выстрелила. Тело байкерши, за которой она охотилось столько времени, безжизненно упало на асфальт. Лера решила не тратить время на сантименты. Она как матёрый киллер сняла напульсник, взяла ключи от байка, подняла его и покатила куда подальше от отравленного завода.
Почти сразу после выстрела Лера поняла, что проведённое на рядом с эпицентром хим. аварии время не прошло даром для её здоровья.
Сначала она почувствовала тошноту, потом головную боль, затем у неё заболел желудок. Лера сначала хотела сама доехать до корпоративной клиники, но по накрывающей её дурноте, из-за которой она с трудом оставалась в сознании, она поняла, что неплохо будет вообще доехать хоть куда-то, откуда её сможет забрать скорая помощь.
Она проехала покинутый Северный посёлок, выехала на то, что когда-то называлось Восточным шоссе. Добралась до окраины заводского района, где были хоть какие-то дороги, и в утренний час понемногу начинали суетиться заводские обыватели.
В глазах темнело, желудок резало с неимоверной силой. Только за время езды у Леры было пару приступов тошноты. Она добралась до обломков скамейки, набрала номер экстренных служб, сказала, где её искать, и потеряла сознание.
========== Эпизод 36. Нацпроект Здравоохранение 2077 ==========
Голова Леры болела со страшной силой. Глаза резало так, будто мозг собирается вылезти через глазницы. Она не могла ни открыть глаза, ни шевелиться, ни говорить…
- Так, так, так… Что тут у нас… Молодая байкерша… Предположительно наркотическое опьянение, вряд ли выкарабкается, - говорил приторный мужской голос.
Лера почувствовала, как кто-то ощупывает её. Хотела возмутиться, но не могла даже простонать.
- Свеженькая, упругая… Не из «скатившися»… Что ж, не буду терять времени…
И Лера услышала звук расстёгивающейся ширинки. Она молилась о спазме, который позволил бы ей стошнить в эту минуту, но его, как назло, не было. Зато в помещении послышался звук открывшейся двери.
- Э! Чего вы тут делаете?! Ты чё задумал, урод? Да я… Да я… Да я тебе почту взломаю и каждая собака в городе на твою некрофильскую морду ссать будет, - это была Лисбет, и она кипела от злости.
- Как вы сюда попали, женщина? Посещение пациентов реанимации запрещено и вообще сейчас неприёмные часы.
- Больше это не ваш пациент, мы её забираем, - раздался незнакомый женский голос.
