«Нива» принадлежала не боевикам. На ней из Моздока приехали Горов с Асламбеком. Просто на такой машине было гораздо удобнее передвигаться по Чечне. Никто из федералов на таких машинах здесь отродясь не ездил. А чеченцы – через одного, если, конечно, не имели возможности приобрести иностранный джип покруче.
Приблизившись к оставленной на лесной дороге «Ниве», Асламбек поводил автоматом из стороны в сторону, после чего подал знак рукой. Логинов с Лизой бросились к машине. Горов чуть задержался.
Распахнув дверцу, Логинов откинул переднее пассажирское сиденье и помог Лизе забраться внутрь. Потом нырнул сам. Отсутствие задних дверей, конечно, было недостатком «Нивы». В случае внезапного обстрела из-за этого можно было поплатиться и жизнью, но в данном случае выбирать не приходилось.
Асламбек с Горовым согласованно метнулись к распахнутым дверцам «Нивы» и прыгнули на передние сиденья. В следующую секунду машина тронулась с места и устремилась по лесной дороге в сторону реки.
– Куда мы едем? – спросил Логинов.
– Там, километрах в двух впереди, есть мост, – сообщил Асламбек. – Через него можно перебраться на другую сторону и направиться в Беслан!
– Понятно, – кивнул Виктор.
Горов в это время завозился на переднем сиденье, извлек мобильник и проговорил:
– Алло!.. Да, это я! Нет, все в порядке! Он со мной!.. Даю! Это вас!
Логинов взял трубку и услышал знакомый мужской голос. Принадлежал он заместителю начальника управления ФСБ по Чечне. Именно телефон этого человека Логинову дали для экстренной связи, и именно с ним говорил Виктор из окруженного боевиками корпуса, прося прислать вертолеты.
– Я связался с военными, полковник! Вертолеты уже направляются к лагерю!
– Это хорошо! Но сейчас важнее блокировать район! Остатки группы боевиков попытаются уйти в Чечню, нужно перехватить их!
– Я понял!
– На совести этих бандитов двое убитых американцев из миссии «Райт Ворлд», так что поднимайте всех, кого можно. Дело хреновое, прокурорские таскать будут всех!
Ахмад начал торопливо бормотать слова молитвы. В этот момент за его спиной за деревьями треснула ветка. Зухра метнула туда взгляд и на какое-то время застыла от удивления. Она, кажется, хотела что-то произнести, но так и не успела.
В следующую секунду над поляной коротко прогрохотал автомат. Это Ахмад Бериев воспользовался тем, что Зухра отвлеклась, прыгнул на землю к «калашникову» и выстрелил.
Только одна из пуль попала в Зухру. Но и ее оказалось достаточно. Женщина охнула, выпустила пистолет и стала оседать на землю. Но в глазах Зухры не было боли. Падая, она что-то пробормотала.
Ахмад быстро осмотрелся по сторонам. Зухра снова что-то произнесла. Ахмад метнулся к ней и быстро наклонился.
– Зачем ты это сделала, Зухра?
В вопросе боевика не было ненависти. Скорее в нем сквозило удивление.
– Ты все равно умрешь, Ахмад… – едва слышно пробормотала Зухра со странной улыбкой.
– Что?
– Ты все равно умрешь… – протянула к нему окровавленную руку Зухра. – Аллах не даст уйти тебе от возмездия за смерть моего мужа! – Пальцы Зухры мертвой хваткой вцепились в рукав Ахмада. – Поцелуй меня на прощание, Ахмад! Я так тебя любила…
Ахмад слушал женщину, словно завороженный, и на какое-то время потерял над собой контроль. Вместо того чтобы как можно быстрее покинуть эту поляну и броситься прочь, он наклонил свое бородатое лицо к лицу Зухры.
Женщина порывисто его поцеловала в губы и вдруг закашлялась. Внутри у нее что-то забулькало, и Ахмад ощутил на губах соленый привкус крови. Боевик тут же отстранился. Зухра придержала его за рукав и с кровавой пеной на губах произнесла:
– Ты умрешь, Ахмад! Смерть уже рядом! Ха-ха-ха!
Ахмад быстро стер со своих губ кровь. И вдруг увидел, что затухающий взгляд Зухры переместился куда-то за его спину. В следующий миг Бериев попытался повернуться, но немного опоздал.
В его спину словно воткнули раскаленный стержень.
– А-а! – простонал Бериев, пытаясь развернуть автомат.
Но вслед за первым раскаленным стержнем в его спину вонзился второй. Силы покинули Ахмада, «калашников» выпал из его ослабевшей руки, сам боевик начал валиться на спину.
Перед глазами Ахмада поплыли кроваво-красные круги, и в этих кругах он увидел склонившего над ним Ису. Сжимая обеими руками окровавленный картофельный нож, Иса с ненавистью прошептал тонкими побелевшими губами:
– Ты умрешь, пес! Ты заплатишь за смерть моей матери и отца!
– Ты тоже сошел с ума… – из последних сил прошептал Ахмад. – Я не убивал твоего отца… Я тащил его раненого полночи… И все это время он просил меня пристрелить его… Но я не сделал этого… Он сам умер на моих руках…
– Заткнись, шакал! – вскрикнул Иса. – Мой отец не мог просить убить его! Ты лжешь!
С этими словами Иса взмахнул ножом и обеими руками вонзил его в шею Ахмада Бериева. И неуловимый боевик, тысячу раз обманывавший федералов и своих врагов нохчей, умер от рук одиннадцатилетнего подростка.
