Отречение Николая II было его последней, и может быть даже самой большой политической ошибкой, а также большой ошибкой тех российских политиков, кто настаивал на отречении императора, ибо сделало наступление Октября неизбежным. Демократические силы России, пытавшиеся получить власть много десятилетий, ещё со времён Александра II, но считавшие невозможным для себя встать на путь революции, не смогли удержаться от соблазна воспользоваться революционной ситуацией марта 1917 года и фактически заставить царя отречься. При этом они оказались полностью не готовы к управлению страной. Учреждённая манифестом Николая II от 19 августа 1905 года (по новому стилю) Государственная дума была представительным, законосовещательным, но никак не законодательным органом власти, по сути никак не ограничивающая самодержавие и не предоставившая возможность здоровым, то есть выступающим за эволюционный, а не революционный путь развития страны, политическим силам, участвовать в управлении Россией. Интересно, что по иронии судьбы ровно 86 лет спустя, 19 августа 1991 года высшее руководство СССР попыталось незаконно захватить власть, устроив мятеж.
В истории общим местом является обвинение Николая II в том, что он так и не отдал хотя бы часть своей власти, предоставив законодательные полномочия, а также право формирования правительства Государственной думе. Как я уже говорил, что ни делалось в России в предреволюционный период, всё вело к худшему, и наоборот, если бы события развивались как угодно иначе, мы смогли бы избежать наихудшего пути, по которому в итоге и пошли. Конечно, если бы Николай II принял конституцию, если бы Государственная дума была законодательным органом власти, формирующим правительство, даже за те восемь лет с момента созыва I Государственной думы до начала I Мировой войны, российские демократы, в первую очередь октябристы и кадеты, элементарно научились бы управлять страной, научились бы держать власть в своих руках - этому ведь тоже надо учиться. Помните знаменитый лозунг Ленина о необходимости брать власть в свои руки: "Вчера было рано, завтра будет поздно". Российские демократы в марте 1917-го оказались, как и, надо признать, во многом другом, гораздо глупее Ленина. Заставив царя отречься от престола, они совершенно не были готовы взять власть в свои руки. Вот им-то как раз нужно было брать её или вчера, то есть раньше, или завтра, то есть как минимум дождаться окончания войны. Они же вырвали власть из рук императора в самый неподходящий для себя и для России момент.
Именно неготовность демократических сил вообще, то есть демократической части общества, демократических партий и Временного правительства к управлению страной, консолидации, борьбе за власть, тем более в такой критической ситуации, также стала причиной победы большевиков в Октябрьском перевороте. Если считать монархизм и самодержавие самым правым политическим сектором, а РСДРП(б) - самой левой политической силой в стране, то всего за какие-то восемь месяцев 1917 года, с марта по ноябрь, власть в стране, словно стрелка по циферблату часов, прошла путь от крайне правого положения в крайне левое, последовательно проходя через все промежуточные политические секторы.
Справедливости ради надо отметить, несмотря на то, что Николай II так и не принял, а можно выразиться и по-другому - не успел, как и его дед Александр II, которого после двадцати лет травли террористы всё же смогли добить, утвердить в стране конституцию, ввести настоящий парламент и ответственное перед ним правительство, в принципе при нём политическое развитие России шло по нормальному, естественному эволюционному пути. Если бы всё шло и дальше свои естественным путём, без революций, войн и других катаклизмов, Государственная дума неизбежно стала бы настоящим парламентом, а Россия - конституционной монархией ещё при Николае II! Это нам кажется, что политических реформ в России или вообще не было, или они были незаконченными, или осуществлялись слишком медленно. Но давайте вспомним, что европейская демократия, как считается, началась с Великой хартии вольностей, которую под давлением своих мятежных баронов был вынужден утвердить английский король Иоанн I Безземельный, младший брат Ричарда I Львиное Сердце, аж в 1215 году. После первого созыва английского парламента прошло не менее пятисот лет до того времени, когда его властные полномочия окончательно перевесили власть английских монархов, про которых с тех пор стали говорить, что они царствуют, но не правят. Пятьсот лет английская демократия развивалась, постоянно менялась, боролась с монархией, прежде чем в Англии появились первые политические партии, выражавшие интересы различных слоёв общества. Ещё двести лет демократия продолжала развиваться, в том числе путём партийной борьбы, то есть естественным эволюционным путём постоянно находясь в поиске оптимальных форм, прежде чем возник английский парламентаризм образца начала XX века.
