<p>АЛЕКСАНДР БЛОК</p><p><emphasis>(1880–1921)</emphasis></p><p id="p629">629. «Зимний ветер играет с терновником…»<a l:href="#n_628" type="note">[628]</a></p>Зимний ветер играет с терновником,Задувает в огне свечу.Ты ушла на свиданье с любовником.Я один. Я прощу. Я молчу.Ты не знаешь, кому ты молишься —Он играет и шутит с тобой.О терновник холодный уколешься,Возвращаясь ночью домой.Но, давно прислушавшись к счастью,У окна я тебя подожду.Ты ему отдаешься со страстью.Все равно. Я тайну блюду.Все, что в сердце твоем туманится,Станет ясно в моей тишине.И, когда он с тобой расстанется,Ты признаешься только мне.1903<p id="p630">630. «В голубой далекой спаленке…»<a l:href="#n_629" type="note">[629]</a></p>В голубой далекой спаленкеТвой ребенок опочил.Тихо вылез карлик маленькийИ часы остановил.Всё, как было. Только страннаяВоцарилась тишина.И в окне твоем — туманнаяТолько улица страшна.Словно что-то недосказано,Что всегда звучит, всегда…Нить какая-то развязана,Сочетавшая года.И прошла ты, сонно-белая.Вдоль по комнатам одна.Опустила, вся несмелая,Штору синего окна.И потом, едва заметная,Тонкий полог подняла.И, как время безрассветная,Шевелясь, поникла мгла.Стало тихо в дальней спаленке —Синий сумрак и покой,Оттого, что карлик маленькийДержит маятник рукой.1905<p id="p631">631. «Не спят, не помнят, не торгуют…»<a l:href="#n_630" type="note">[630]</a></p>Не спят, не помнят, не торгуют.Над черным городом, как стон,Стоит, терзая ночь глухую,Торжественный пасхальный звон.Над человеческим созданьем,Которое он в землю вбил,Над смрадом, смертью и страданьемТрезвонят до потери сил…Над мировою чепухою;Над всем, чему нельзя помочь;Звонят над шубкой меховою,В которой ты была в ту ночь.1909<p id="p632">632. «Приближается звук. И, покорна щемящему звуку…»<a l:href="#n_631" type="note">[631]</a></p>Приближается звук. И, покорна щемящему звуку, Молодеет душа.И во сне прижимаю к губам твою прежнюю руку, Не дыша.Снится — снова я мальчик, и снова любовник, И овраг, и бурьян,И в бурьяне — колючий шиповник, И вечерний туман.Сквозь цветы, и листы, и колючие ветки, я знаю, Старый дом глянет в сердце мое,Глянет небо опять, розовея от краю до краю, И окошко твое.Этот голос — он твой, и его непонятному звуку Жизнь и горе отдам,Хоть во сне твою прежнюю милую руку Прижимая к губам.1912<p id="p633">633. «Ночь, улица, фонарь, аптека…»<a l:href="#n_632" type="note">[632]</a></p>Ночь, улица, фонарь, аптека,Бессмысленный и тусклый свет.Живи еще хоть четверть века —Все будет так. Исхода нет.Умрешь — начнешь опять сначала,И повторится всё, как встарь:Ночь, ледяная рябь канала,Аптека, улица, фонарь.1912<p id="p634">634. «Ты — как отзвук забытого гимна…»<a l:href="#n_633" type="note">[633]</a></p>
