«В плане Москвы предусмотрено, что число жителей не должно превышать пяти миллионов. В Америке в самом большом городе страны проживает девять процентов всего населения страны, во Франции - двенадцать, в Англии свыше пятнадцати. Советский Союз по многим весьма понятным причинам не желает, чтобы число жителей столицы беспорядочно росло, поэтому он с самого начала ограничивает его 2,5 % всего населения страны».
И этот мудрый сталинский завет нарушен. Сейчас в Москве 12 миллионов (8,4 % от страны), и она постоянно расползается. Вместо развития страны «демократы» все деньги тратят на столицу, чтоб лично им жилось комфортнее.
«Я не наблюдал нигде в Москве раболепства. „Товарищ“ - не пустое слово. Товарищ строительный рабочий, поднявшийся из шахты метро, действительно чувствует себя равным товарищу народному комиссару».
Товарищ ли нам нынешний крупный чиновник, который «зарабатывает» миллион в месяц и считает нас электоратом? Глупый вопрос.
А дальше Фейхтвангер всерьез критикует:
«То, что акты вредительства были, не подлежит сомнению. Постепенно, однако, население охватил настоящий психоз. Привыкли объяснять вредительством все, что не клеилось, в то время как значительная часть неудач должна быть, наверное, отнесена за счет неумения.
У меня в гостинице обедал один крупный работник. Официант подавал очень медленно. Мой гость вызвал администратора, пожаловался ему и сказал в шутку: „Ну разве это не вредитель?“ Но это уже не шутка, когда слабую работу кинорежиссера или редактора объясняют вредительством.
Самый факт, что такой психоз мог распространиться, свидетельствует о существовании того конформизма, в котором многие упрекают Советский Союз. Люди Союза, говорят эти критики, обезличены, их образ жизни, их мнения стандартизованы, нивелированы, унифицированы. В этих утверждениях есть крупинка правды. Собрания, политические речи, дискуссии, вечера в клубах - все это похоже, как две капли воды, друг на друга, а политическая терминология во всем обширном государстве сшита на одну мерку».
Резкое обвинение. И до сих пор повторяемое.
Однако я тоже повторю: эту книгу издали в СССР в 1937 году массовым тиражом! И далее автор подчеркивает свободу слова: «Советские газеты не подвергали цензуре мои статьи, даже если я в них и сетовал на нетерпимость в некоторых областях, или на чрезмерный культ Сталина, или требовал большей ясности в ведении серьезного политического процесса».
И немного о быте:
«В многочисленных магазинах можно в любое время и в большом выборе получить продукты питания по ценам, вполне доступным среднему гражданину Союза - рабочему и крестьянину. Особенно дешевы и весьма хороши по качеству консервы всех видов. Статистика показывает, что на одного жителя Советского Союза приходится больше продуктов питания и лучшего качества, чем, например, в Германской империи или в Италии, и, судя по тому, что я видел во время небольшой поездки по Союзу, эта статистика не лжет.
С 1934 по 1936 год потребление пищевых продуктов в Москве увеличилось на 28,8 % на душу населения, а с 1913 по 1937 год потребление мяса и жиров выросло на 95 %, сахара - на 250 %, хлеба - на 150 %, картофеля - на 65 %. Неудивительно, что после стольких лет голода и лишений москвичу его питание кажется идеальным.
Но что абсолютно отсутствует - это комфорт. Ограничен выбор бумаги всякого рода. ощущается также недостаток в косметических и медицинских товарах. При посещении магазинов бросается в глаза некоторая безвкусность отдельных товаров.
На въезд в квартиру, на путешествие, на приобретение горючего для автомобиля, на вход в некоторые общественные здания и во многих других случаях требуются удостоверения. „Пропуск“ - одно из первых русских слов, которые должен запомнить иностранец. Аккредитованный посланник одного иностранного государства рассказывал мне, - при этом только полушутя, - с какой тоской он стоит в праздничные дни перед рабочими бассейнами для плавания; он никуда не имеет доступа.
Однако тяжелее всего ощущается жилищная нужда. Значительная часть населения живет скученно, в крохотных убогих комнатушках, трудно проветриваемых зимой. Приходится становиться в очередь в уборную и к водопроводу Видные политические деятели, писатели, ученые с высокими окладами живут примитивнее, чем некоторые мелкие буржуа на Западе».
Еще раз: книга напечатана в СССР! Как видите, никакого зажима гласности не было.
А как решалась жилищная проблема? Строили «сталинские дома», которые по сей день считаются элитными. Но тогда они предназначались не бонзам, а любым советским людям.
Что пришло им на смену? Правильно - «хрущобы». Контраст разительный!
Так эти два правителя относились к простым гражданам.
В начале 1930-х лизоблюды начали создавать то, что потом назовут «культом личности Сталина». Выглядело это примерно так:
«Трудящиеся всего мира будут писать и говорить о нем с любовью и благодарностью. Враги трудящихся будут писать и говорить о нем со злобной пеной у рта» [233 - Сталин. М., 1940. С. 93.].
Догадайтесь, кто автор! Это совсем несложно.
