Инга скинула жакет и осталась в блузке и брюках. Она встала в позицию и сделала несколько па, красиво взмахнув руками.
– У меня есть видеокамера. Позвольте я вас засниму.
– Пожалуйста.
После того как Бракшните снял на видеокамеру движения Инги, они стали вместе просматривать запись. Инга осталась довольна увиденным.
– Кажется, получается, – задумчиво сказала она.
– Великолепно, – выдохнул Бракшните.
– Вы так думаете? – кокетливо спросила Инга. Она вдруг почувствовала прилив хорошего настроения.
– Да. Это будет замечательная реклама. Я так рад, что вы согласились работать со мной!
– Почему? – тихо спросила Инга.
На лице мужчины появилось смущенное выражение.
– Вы – прекрасная балерина и… очаровательная женщина. – Последние слова дались ему с трудом. Выговорив их, он замолчал.
Приоткрылась дверь, и заглянула секретарша. Бросила на Ингу напряженный взгляд.
– Извините, но вам звонят из Швейцарии.
Хозяин кабинета вздохнул.
– Одну минуту, – обратился он к Инге.
Затем поднялся и направился к своему столу.
Секретарша по-прежнему находилась в дверях.
– Велта, ты свободна.
Молодая женщина закрыла дверь.
Пока бизнесмен вел деловые переговоры, Инга сидела, сцепив руки. Мыслями она возвратилась к своему балету. Как же несправедливо с ней поступили! Даже не поставили в известность! Когда о закрытии спектакля сказала Макарова, она подумала, что это – сплетни и слухи. Но оказалось – правда. Ее могут вышвырнуть из театра в любой момент, даже не посмотрев ни на имя ее отца, ни на ее собственное творчество. Просто вычеркнуть из искусства. Как будто бы ее никогда и не было. Что ж, значит, нужно пробовать другие возможности, искать другие пути…
Бракшните закончил разговаривать и снова сел в кресло напротив Инги. Молча. Инга тоже молчала. Наконец мужчина резко вздернул вверх голову и посмотрел на нее.
– Через неделю мне нужно лететь в Швейцарию. И в то же время я не могу бросить работу с вами. Мы только-только начали сотрудничать. Даже не начали, а просто договорились. Нужно еще обсудить финансовый вопрос. За рекламный ролик вы получите десять тысяч долларов. Вас эта сумма устроит?
– Да.
– К съемкам мы можем приступить где-то через месяц. Нужно утрясти еще некоторые проблемы со швейцарской стороной. Но главное – что вы согласны. Я хочу показать вам некоторые ролики и доказать, что реклама может быть настоящим искусством.
Бракшните развернул ноутбук так, чтобы Инге было удобно смотреть на экран. Придвинул свое кресло. На экране возникла заставка – фотография Инги.
Мужчина смутился:
– Я взял снимок из Интернета. Извините.
– Ничего, – откликнулась Инга. Но и сама испытывала неловкость – как будто заглянула в замочную скважину.
Она посмотрела несколько роликов, и ей понравилось.
– Кого вы посоветуете вам в пару? Если вы – Спящая красавица, то нужен и принц.
Инга задумалась. В голову пришла одна мысль – пригласить Михаила Целадзе.
Он прекрасный танцовщик. Не только выступал на сцене, но был также популярным персонажем массмедиа, героем светских хроник и разных культурных событий. Его часто приглашали на телевидение в ток-шоу и в жюри конкурсов. Высокий, черноволосый красавец эффектно смотрелся на экране. Его фотогеничность могла быть плюсом для рекламного ролика.
Кроме того, Инга хорошо знала Михаила – тот был другом семьи. И они даже выступали в нескольких концертах вместе.
– У меня есть одна кандидатура.
– Какая?
– Михаил Целадзе.
– Вы можете его пригласить?
– Да. Я его знаю.
– Отличная идея! Когда вы сможете с ним поговорить?
– Позвоню ему сегодня же. Если он свободен, думаю – согласится.
– А музыка?
– Можно попросить музыкального редактора подобрать музыку. Лучше всего из классики.
– У вас есть такой редактор?
– Есть.
Инга вспомнила об Алисе Николаевне, просившей пристроить ее в какой-нибудь проект.
– Значит, остается режиссер. Слушайте! – вдруг оживился Бракшните. – Есть такой модный режиссер, снимающий клипы, рекламу и даже фильмы, – Юрий Градов. Знаете его?
– Конечно. Хороший режиссер. Разносторонний.
– Вот-вот. Как вы думаете, он нам подойдет?
– Я думаю, он снял бы прекрасный ролик. Такой, какой вам нужен. Вы можете обратиться к моему брату: он когда-то пересекался с Градовым и наверняка знает его контактные телефоны.
Бракшните что-то черкнул в блокноте.
Зазвонил сотовый. Мужчина глянул на экран дисплея и нахмурился.
– Извините, – бросил он Инге.
Затем с кем-то кратко переговорил. Положил сотовый на стол и сказал балерине:
– Я должен сейчас уехать. Дела.
Инга встала и протянула собеседнику руку.
– До свидания.
Бизнесмен взял ее ладонь и чуть задержал в своей руке. Рука его была мягкой и теплой. Но вместе с тем – сильной. И Инга почувствовала это.
– Я провожу вас.
В лифте они ехали в молчании.
Бракшните довел ее до самого выхода.
Инга шла к машине, ощущая на спине взгляд мужчины.
В квартире, не раздеваясь, она бросилась звонить Целадзе. Дома Михаила не было. По мобильному танцовщик тоже долго не откликался. Наконец в трубке зазвучал его голос:
– Алло!
– Миша! Добрый день. Это – Инга Мартинсоне…
– Я узнал. Привет! Как дела?
– Нормально.
– Я слышал, что твой балет закрыли.
– Так оно и есть.
