Но эта балерунка опередила их – сама решила познакомиться с Ленкой. Он предупреждал сестру, чтобы та была начеку, не поддавалась на разные уловки. И Ленка, как он ей советовал, пригрозила слить всю информацию в СМИ.
Мартинсоне запаниковали. У сучки Инги нашелся спонсор, который решил уладить возникший конфликт.
Все шло хорошо. И кусок удалось отхватить приличный – пятнадцать штук баксов. Но Ленка, дура, заартачилась, захотела выйти из игры. Он пытался ее уговорить, но без толку. А в деньги сестра вцепилась мертвой хваткой.
Они встретились недалеко от дома, где жил его приятель. Ему так было удобно. Он хотел убедиться, что все прошло как надо и деньги сестра получила. Их можно было поделить и продолжать игру дальше – доить этих Мартинсоне. Но эта Ленка отказалась наотрез.
Он ударил ее, сестра упала. Пару раз пнул ногой. Наклонился – а она не дышит. Непонятно зачем сделал пару снимков – машинально, сработал инстинкт журналиста. Потом вспомнил про деньги, хотел забрать, услышал недалеко голоса – сюда шли люди. Матюгаясь про себя, он отскочил в сторону и побежал к домам, чтобы его никто не увидел.
Так все и получилось. Глупо и бездарно! А могло бы быть по-другому…
Потом он стал слать фотки-страшилки Инге. Та сразу побежала к Клепихо. А фотограф начал названивать ему: мол, возникли проблемы, а мы так не договаривались.
Он предложил Клепихо встретиться. Тот пригласил к себе для разговора. Встретились, поговорили. Жадный гей совсем ополоумел: стал требовать за молчание деньги, иначе грозил заложить его Инге.
Он разозлился. И как только Клепихо отвернулся, схватил бронзовую скульптуру, стоявшую на полке, и ударил фотографа по голове. Клепихо свалился как подкошенный, прямо к его ногам.
И тут ему пришла в голову мысль, что надо представить убийство как разборку геев. Он прошел в спальню и вывернул ящики с бельем. Теперь картинка была тип-топ. Никто ни о чем не догадается. Сотовый он прихватил с собой и выбросил в помойку. Так было надежней. И безопасней. Отпечатки пальцев, где мог, стер.
Все было продумано и чисто сделано. Где же он прокололся? Где?
Баринов вызвал наряд милиции, и Кульбитова увезли.
– Вот эта история и закончилась, – сказала Анна.
– Уф! – выдохнул Баринов.
– Помните, в записной книжке Клепихо я нашла две записи: «Встречался с К. Получил 2000$» и «Надо позвонить Б. могут быть проблемы»?
– Помню. Мы еще думали, что К. – это Екатерина Новосельцева, а Б. – Бракшните.
– Теперь ясно, что К. – это Кокорекин или Кульбитов, а Б. – его имя, Борис. Могли бы и сразу догадаться!
– Все мы сильны задним умом. Выкинь из головы и не казни себя. Непродуктивное занятие – ругать себя за недогадливость.
– Я сообщу обо всем Инге Мартинсоне.
– Да. Пусть живет спокойно. И танцует на радость своим поклонникам. Да, кстати, рыцарь-то ни в чем не виноват. Так и скажи ей, а то она, наверное, переживает из-за него.
– Обязательно скажу.
Инга Мартинсоне выслушала Зарубину спокойно, только руки у нее чуть подрагивали.
– Вот и все, – завершила рассказ Анна и встала со стула. Она находилась в квартире у Инги.
– Какой подонок этот Кульбитов!
– Да, неприятный тип, согласна с вами. А Бракшните ни в чем не замешан.
Анне показалось, что Инга слегка покраснела.
– Да. Приятно, когда твои знакомые оказываются невиновными, – преувеличенно бодрым голосом заметила она.
– Ну, всего доброго.
– Где похоронили Лену?
– Вам лучше связаться с ее матерью.
– Да, конечно. Может быть, чаю или кофе выпьете?
– Нет, спасибо, я пойду.
– Просто не знаю, как вас и благодарить.
– Я выполняла свою работу.
– Но тогда вы прислали мне сообщение – пожелание спокойной ночи… – тихо напомнила Инга.
– А… было дело. Считайте, что это тоже моя работа.
– Может, вам достать билет на мой балет или спектакль?
– Простите, Инга Арвидовна, но балет я не очень люблю. В театры тоже не хожу. Некогда.
– Всего доброго.
Как только за Анной закрылась дверь, Инга бросилась к телефону и набрала номер Бракшните.
– Алло! Валдис, это я, Инга!
– Инга! Я не в Москве. Я в Париже. Буду завтра к вечеру. Но поздно, часов в одиннадцать.
– Позвони, когда приедешь, ладно?
– Хорошо. Я целую тебя, Инга.
– Я тоже.
– Скоро приступаем к съемкам ролика. Не забыла?
– Конечно, нет.
Инга подумала: в каком же она находилась нервном и издерганном состоянии, если вообразила себе черт-те что в отношении Валдиса! Теперь ее страхи и сомнения казались надуманными и смешными.
Затем Инга набрала телефон Андрея и рассказала о Кульбитове. Брат выслушал ее внимательно.
– Хорошо то, что хорошо кончается, – назидательно произнес он. – Но лучше ты бы не влезала в эту историю. Все могло кончиться гораздо хуже. Да, чуть не забыл. У меня для тебя сногсшибательная новость.
– Какая?
– Для наших «Русских вечеров» мы хотим восстановить один дягилевский балет. Главную партию будешь танцевать ты. Больше пока ничего не скажу. Ну как, заинтриговал?
– Еще бы!
– Времени у нас немного, надо начинать репетировать. Завтра сообщу подробности.
