Русско-японская война полностью

Почти три столетия Россия заполняла колоссальный вакуум, образовавшийся в результате краха Монгольской империи. Отважные русские люди дошли в Евразии до граней геополитических возможностей. Первые русские — казаки Ермака — пересекли границу Европы и Азии в самом конце царствования царя Ивана Грозного. Перед ними лежала необозримая Сибирь, а за ней Дальний Восток и Великий океан. Движение на Восток было безудержным, оно было блистательно продолженное Дежневым и всеми теми, кто вышел к Тихому океану столетием с небольшим позже испанцев, увидевших Тихий океан в самом начале шестнадцатого века.

Русские неукротимо шли вперед, пересекая Берингов пролив, выйдя в современную Канаду, осваивая нынешние Орегон, Вашингтон и замедляя свой бег только в Северной Калифорнии. Расположенный чуть к северу от Сан-Франциско форт Росс — вот крайняя точка продвижения русских по периметру Великого океана. То был северный поток русского заселения. Южный же остановился на границах Китайской империи. Китай, по выражению Наполеона, «спал». Китайцы не хотели заселять холодные северные земли. Их заселили русские. Китай прятался в изоляции. Начиная с 1757 г. императорская власть Китая ограничила внешнюю торговлю южным Кантоном, но в следующем веке западные державы после т. н. «опиумных войн» открыли великую страну.

Итак, если Петр Великий обеспечил выход России к Балтийскому морю, Екатерина Великая пришла на берега Черного моря, но только при Александре Втором Россия начала обустраивать свой порт на Тихом океане. Это в значительной мере меняло геополитическое положение России в мире. Теперь Россия была полнокровным соседом двух величайших азиатских стран — Китая и Индии, теперь русские участвовали в эволюции огромного Тихоокеанского бассейна.

Назначенный генерал-губернатором Восточной Сибири Н. Муравьев был трезвым политиком и полагал, что единственным способом для России остаться в среде великих европейских держав является широкий выход к Тихому океану, интенсивное освоение «русской Калифорнии», активное обоснование российского населения на Дальнем Востоке. Это следовало сделать незамедлительно — пока главные европейские державы и Америка не опередили Россию. Петербургские дипломаты как всегда проявляли здоровую осторожность, но Муравьев взял на себя смелость не ограничивать себя бюрократическими препонами. Он создал забайкальское казачество, куда привлек потомков донских и запорожских казаков. Он наметил пути выхода к великому океану, заложил новые города.

Тяжелые времена Муравьеву пришлось пережить в ходе Крымской войны, когда, ввиду реальной западной угрозы пришлось укреплять побережье Сахалина и прочие обнаженные перед британскими и французскими эскадрами земли. Британская эскадра бомбардировала Петропавловск-Камчатский. Но надежды давал быстрый рост русского населения на Дальнем Востоке в XIX веке — от полутора миллионов человек в 1811 г. до 2,7 млн. в 1851 г. Воистину удивительным было это расширение территории страны на восток, где Россия всей мощью вышла к Тихому океану. Из всех европейских стран только Россия органически осваивала собственными силами великий континентальный путь к Тихому океану.

Стратеги в Петербурге боялись перенапряжения. Именно опасаясь за рыхлость владений, за уязвимость необозримых русских тихоокеанских границ, император Николай Первый в 1841 г. продает американцам Форт Росс, а его наследник Александр Второй — огромную Аляску. Пусть она попадет в руки дружественных американцев, но не станет мишенью продвигающейся в Канаде Британии. Той Британии, которая последовательно останавливала энергию России на Балканах и в Закавказье в первой половине XIX века, в Средней Азии — в 1860-е года, и которая напряженно определяла линию российской экспансии на Дальнем Востоке начиная с конца XIX в.