Неоязычество относится к «новым религиозным движениям». Как справедливо отмечала А. Баркер, в таких движениях необычайно много молодежи, чья социальная и политическая неопытность сочетается с высоким энтузиазмом и жаждой реальных дел. Такие люди отличаются большей прямолинейностью и менее склонны к компромиссам, чем последователи традиционных религий. Все это благоприятствует экстремизму (Баркер 1997: 5–6). Действительно, как мы видели, христианское смирение вызывает у язычников неприятие. Они – сторонники решительных действий, и среди их ценностей – боевой дух, смелость, готовность к защите Родины, непримиримость к «врагам нации» и стремление дать им моментальный отпор. Поэтому язычники много занимаются спортом, и особенно большим спросом у них пользуются боевые искусства. Речь идет не просто об укреплении здоровья, а о готовности к насильственным действиям здесь и теперь.
Вот почему русское язычество как идеология (этнический национализм и расизм) и как боевая практика («славяно-горицкая борьба») привлекает радикально настроенную молодежь. Поэтому вовсе не случайно языческие взгляды пользуются популярностью у скинхедов, и ряд радикальных языческих организаций тесно с ними взаимодействуют. Как было показано выше, сегодня приверженцев русского неоязычества можно встретить среди участников нападений на «инородцев», террористов и «славянских сепаратистов».
Впрочем, как показывает западный опыт и как говорят данные о толерантных языческих общинах в самой России, неоязычество вовсе не обречено на нацизм и шовинизм. Те негативные тенденции, которые анализировались в данной работе, не вытекают из сущности самого неоязычества, а обусловлены состоянием современного российского общества в целом, а именно господством в нем ксенофобских настроений. Это и ведет к тому, что ксенофобия и расовое мышление популярны среди русских язычников. К сожалению, за отсутствием соответствующих социологических исследований сегодня трудно что-либо сказать с уверенностью о процентном соотношении «толерантных» и «нетолерантных» язычников. Однако, похоже, что среди тех, кто излагает свои взгляды в печатном виде, преобладают носители расового мышления со свойственными ему шовинизмом и ксенофобией.
В. Б. Авдеев 1994.
М. Агурский 1975. «Неонацистская опасность в Советском Союзе», в
П. Азимов 1962. «Праздник радостью дорог», в
Акумулятор 1990. «Акумулятор iсторичноп пам'ятi», в
Е. Б. Александров, В. Л. Гинзбург и др. 2003. «Академики протестуют против засилия лженауки в российской армии», в
В. Алексеев б. г.
М. П. Алексеев, Д. С. Лихачев и др. 1976. «В защиту академика В. Г. Васильевского», в
С. Т. Алексеев 1986.
С. Т. Алексеев 1995.
С. Т. Алексеев 1997а.
С. Т. Алексеев 1997б.
Я. Амелина 1998.
Д. Андрианова 2009. «Псих на воле хуже динамита», в
С. Г. Антоненко 1994.
С. Г. Антоненко 1996. «Нежить. Размышления о современном язычестве», в
О. Антонов 1998. «Вооруженные нечистые силы-3», в
Н. И. Антонова 1997. «Звук как средство духовного совершенствования: древние веды и современные изыскания отечественной науки о воздействии звука на формы сознания», в
А. Аринушкин, И. Черкасов 1998.
О. В. Асеев 1998. «Неоязычество в современной России: этнополитический и социальный аспекты», в
О. В. Асеев 1999. «Славянское неоязычество в современной России», в
