– Да и это небось тоже наши братья-славяне! – усмехнулась я, уловив незабываемый аромат гречневой каши с тушенкой.
Я высунулась в окошко, чтобы посмотреть на номера машины – не из России ли граждане путешественники? – но автомобиль был обращен к нам боком. Зато я увидела, что Муня в ходе беседы с потревоженными автотуристами размахивает какой-то книжечкой, а Маня грозит собеседникам пальцем. Смысла этой пантомимы я не поняла, но заинтересовалась, повнимательнее присмотрелась к возвращающимся товарищам и заметила, что на пути к «Фольксвагену» Маня с довольным видом сунул в карман бумажки, похожие на деньги. А Муня, едва усевшись за руль, потянулся, открыл бардачок и бросил туда какую-то блестящую штучку вроде брошки.
Я нормальная девушка, поэтому очень люблю разные украшения и всегда проявляю к ним самый живой интерес. Вот и на этот раз я не поленилась вытянуть шею и зыркнуть любопытным глазом на Мунину блестюльку. Видела я ее две-три секунды, не больше, потом крышка бардачка опустилась, но я успела узнать в Муниной «брошке»… полицейский значок! А еще под журналом, салфетками и какой-то тряпочкой лежал угловатый предмет, ребристая рукоятка которого выглядывала из кучи барахла всего на пару сантиметров, но моему опытному глазу этого оказалось достаточно. Я неоднократно видела такую штуку (где – сразу не вспомнила) и могла поклясться, что это – пистолет!
– Опля! – озадачился мой внутренний голос. – Это что же такое значит? Это значит, Муня – полицейский? Возможно, и Маня тоже.
Теперь мне стал вполне ясен смысл той сцены, которая разыгралась минуту назад на вершине холма. Маня и Муня, беззастенчиво пользуясь служебным положением, оштрафовали тех бедолаг за стоянку в неположенном месте, за разжигание костра или за что-то еще. Мало ли поводов можно найти при большом желании…
– Прям какие-то австрийские оборотни в погонах! – заволновался внутренний голос. – Слушай, может, они тебя не просто так подобрали, обогрели? Может, они тебя так незаметно арестовали? Знать бы, зачем эти копы тебе наврали, будто они бедные русские туристы? Что-то тут нечисто. Да уж не ловушка ли это? Ой, мама… Милая, похоже, ты снова во что-то вляпалась!
А я виновато подумала, что моя мудрая бабушка, похоже, не зря пугала меня рассказами про зарубежных маньяков, которые только и думают, как бы умыкнуть в сексуальное рабство одну-другую доверчивую простушку.
– Одна – это Моника, другая – ты сама! – запугивал внутренний голос, не обрадованный даже тем, что я вспомнила о существовании у меня мудрой бабушки. – Все, кончай спать, надо думать, как удрать от Мани с Муней. Может, они и не маньяки, но от полиции тебе тоже надо подальше держаться.
И я стала думать, благо, время у меня было. Небольшой крюк занял полтора часа. Когда мы снова выехали на трассу, уже стемнело, и рассудительный Маня предложил:
– Давайте заночуем в ближайшей деревне. Очень уж кушать хочется.
– И спать, – пугающе зевая, добавил Муня.
Попасть в аварию из-за невнимательности сонного водителя никому не хотелось, и за ночлег в деревне проголосовали единогласно. Якобы желая поработать штурманом, я попросила у Мани карту и постаралась хорошенько ее запомнить.
Спать в деревне я не собиралась. Пусть там Муня с Моней спят! А я тем временем от них сбегу, мне так гораздо спокойнее будет.
Парик никак не хотел держаться на голове, пока Зяма не зафиксировал его кусочками двустороннего скотча, густо прилепленными на лоб и виски. После этого постижёрное изделие перестало соскальзывать, перекашиваться и вообще как-то реагировать на легкие подергивания и гораздо более сильные рывки, так что впору было забеспокоиться, а смогу ли я потом, когда мне разрешат выйти из образа прелестной деревенской идиотки, избавиться от этой белесой пакли без помощи индейского ножа для скальпирования?
Капитан Кулебякин тем временем заинтересовался другим вопросом: какие еще интересные штучки, кроме двустороннего скотча, содержатся в ручной клади нашего друга?
– Карандаши, рулетка, нож для бумаги, сама бумага, картон и самоклейка, набор люминесцентных красок, пластилин – да мало ли что может понадобиться странствующему дизайнеру! – ответил Зяма, с нежностью погладив свою пухлую клетчатую торбу от Гуччи.
Денис неожиданно обрадовался пластилину. Он вытребовал у Зямы целых два бруска и с их помощью закрепил на передней панели свой карманный компьютер с функцией спутниковой навигации. После этого отпала раздражающая необходимость то и дело притормаживать, чтобы присмотреться к табличке с названием улицы, или спрашивать дорогу у прохожих, из которых каждый второй, как назло, оказывался гостем города. С подсказками из космоса мы добрались до той самой заправки на выезде из Вены всего за сорок минут, а перед этим плутали по чужому городу без малого полтора часа!
