Рузвельт полностью

— На…

— На Пятнадцатой улице, — успела вставить я. — Рядом с Баптистской церковью.

Подавившись, Артур вопросительно уставился на меня, а я только зло сверкнула глазами. Пришлось довольно сильно похлопать его по спине, чтобы он подыграл. О том, что мой новый друг живет в Даунтауне, знали только Хайд и Кара.

— Бог ты мой, это же в другом секторе. Как тебя сюда занесло? — вздохнула Мойра.

— Покрышки, — ляпнула я.

— Что?

— Его отец продает покрышки. Нужно было завести партию в автосалон неподалеку.

Артур специально набрал побольше еды в рот, чтобы не иметь возможности поучаствовать в разговоре. Я кормила Китти виноградом, а она играла с ремнем джинсов Даунтауна, от которого я ее постоянно одергивала, хоть он и был не против.

— Артур, а ты гей? — внезапно спросила Айрис со своего места.

— Вопрос на миллион, — ухмыльнулся Хайд.

Артур снова поперхнулся. Еще несколько минут за одним столом с Картерами, и кому-то придется применить метод Геймлиха.

— Нельзя спрашивать такое вслух, Айрис. — пожурила я племянницу. — Это неприлично.

— А что такого? Я же тоже гей, — пожала плечами девочка.

— И кто тебе такое сказал? — поразилась Мойра.

— Тэдди.

Все уставились на меня.

— Нет. Я сказала, что геи — это те, кому нравятся мальчики.

— Ну так значит, я гей! — снова настояла Айрис.

— Ты не гей! — устало простонала я.

— И я не гей, — выдавил из себя Артур, запивая соком застрявшую в горле тарталетку.

— Скучно, — вздохнул Хайд.

На улице уже начинало темнеть. По одному друг за другом включались фонари, освещая кружащую вокруг них мошкару. Тарелки на столе уже порядком опустели, а все объелись настолько, что откинулись на стульях, боясь лишний раз даже посмотреть на что-то съедобное.

Китти полностью перелезла к Артуру на колени, и они играли в «лошадку» пока он дрыгал ногами на месте.

— Кушай побольше, сынок, а то на тебя без слез не взглянешь. — причитала Мойра, заставляя Артура еще что-нибудь съесть. — Тебя дома морят голодом?

Мойра относилась к тому типу женщин, которые реально способны закормить досмерти. Моргнуть не успеешь, как ты уже весишь полтонны и просто открываешь рот, пока она впихивает в тебя третью мясную пиццу подряд.

— Я не голодаю, — улыбнулся Артур. — Просто занимаюсь спортом.

— И что за спорт? Расскажи мне. — Мойра сложила подбородок на ладони, словно в ожидании проповеди.

— Плавание. — просто ответил Артур.

Мэгги, сидя напротив, усмехнулась.

— Тэдди вот до сих пор не научилась плавать. — сказала она, заставляя меня закатить глаза.

— Не страшно. — покачал головой Артур. — Она умеет многое из того, чему я никогда не научусь.

— Что, например? — задалась вопросом я.

Не думаю, что за полтора дня нашего знакомства, ему удалось разглядеть во мне какие-то таланты.

— Игра на гитаре, — сказал он.

Что б его.

— Еще Тэдди умеет петь, — мечтательно произнесла Айрис.

— Правда? — удивился парень и что-то шепнул в ухо Китти, которая заулыбалась и тут же спрыгнула с его колен, умчавшись в дом.

Я замялась, пожимая плечами.

— Ничего особенно выдающегося.

— Спой нам, Тэдди, — попросил Чарли, улыбаясь в предвкушении.

Я обычно никогда ему не отказывала. Чарли был моим преданным фанатом с самого детства. Это он десять лет назад нашел меня поющей на улице и подарил мне семью. Я задолжала ему сотни, тысячи песен, которых не успею спеть и за три жизни.

Но сегодня я чувствовала себя не в своей тарелке. Совсем не хотелось петь перед Артуром. Он, наверно, ходил на спектакли в Сиднейский оперный театр, какое ему дело до моего посредственного бренчания на гитаре?

Я даже не успела придумать веское оправдание, как со спины ко мне уже подбежала запыхавшаяся и взбудораженная Китти, держа в руках мою укулеле.

— Ты ее послал! — сощурилась я на Артура, вспоминая, как он нашептал что-то Китти на ухо.

— Виноват, — без малейшего зазрения совести пожал плечами он.

Я тем временем не глядя приняла гитару, словно она была заражена смертельными токсинами, и уселась на складной стульчик подальше от стола, чтобы всем было хорошо меня видно.

Пройдя по каждой струне, я проверила, правильно ли настроена гитара, хотя на самом деле, просто оттягивала время, надеясь, что огромный астероид протаранит наш задний двор, и петь мне уже не придется.

— Давай, Тэдди, не тяни резину! — подбадривала меня Мойра.

Я поняла, что деваться уже некуда. Айрис вместе с Китти уселись на траву прямо передо мной, а все остальные просто повернулись в мою сторону, приготовившись слушать.

И я начала.

Потягивания струн под моими пальцами превратились в звуки всем знакомой песни Бена Кинга.

— Когда придет ночь, и станет вдруг темно, и только свет больной луны увидим мы. Нет, я не буду бояться. Пока ты рядом со мной. (*)

Чарли беззвучно подпевал, прикрыв глаза. Это была одна из его любимых песен.

Все за столом покачивались из стороны в сторону, подпевая куплету. Хайд с Карой, взявшись за руки, вышли на газон рядом со мной и начали медленный танец.