– Да уж, набит под завязку. Пожалуй, мы здесь застряли на какое-то время.
Действительно, вооруженные охранники приказывали пассажирам первого автобуса выйти и построиться. Первый ряд уже занял позиции – правая рука за головой, левая вытянута вперед с паскартой. Один-единственный стражник двигался вдоль ряда, рассматривал карты и проводил их по набедренному терминалу. Практически каждую вторую карту приходилось проводить несколько раз.
– И чего они парятся, – Крис зевнул так, что у него скрипнула челюсть. – В Лондоне за последние несколько лет не происходило ничего, отдаленно напоминающего теракты.
– Да, и ты как раз видишь, почему их не было. Так что повремени с критикой. – Брайант барабанил пальцами по рулю. – Но ты прав, мы здесь застряли. Не хочешь позавтракать?
Майк указал пальцем за спину. Крис развернулся. Через несколько домов дальше по улице увидел заляпанную вывеску «Кафе». Люди входили и выходили с бумажными пакетами и яркими жестяными банками.
– Там?
– Ага. Дешево и сердито. Куча жиров. То, что тебе нужно.
– Говори за себя. – Криса до сих пор подташнивало, когда он вспоминал, что Майк сделал с глазом Гриффа Диксона. – Я, пожалуй, ограничусь кофе.
– Как хочешь, – Брайант включил задний ход и двинулся вниз по улице. Мотор взвыл на высоких оборотах. Поравнявшись с кафе, Брайант резко развернул БМВ и подогнал к обочине, затем резко остановил машину под лихим углом. Ухмыльнулся.
– Как я люблю парковаться в этой части города.
Они вышли из машины под враждебные взгляды прохожих. Брайант холодно улыбнулся, высоко поднял дистанционный пульт, чтобы все видели, и поставил машину на сигнализацию. Позади Криса что-то неразборчиво прохрипели и харкнули. Он резко обернулся: после событий прошлой ночи до сих пор дергался. Желтоватая слюна блестела рядом с его ботинком. Только этого не хватало.
Крис оглядел лица прохожих. Большинство шаркали мимо и отворачивались, но один чернокожий паренек не двигался и с вызовом смотрел в глаза Крису.
– Хочешь что-то сказать? – спросил Крис.
Парень промолчал, но взгляда не отвел. Его белый товарищ положил руку парню на плечо. Брайант обошел машину, зевая и потягиваясь.
– Какие-то проблемы?
– Никаких, – ответил белый мужчина и потянул своего друга в сторону.
– Вот и хорошо. Канайте отсюда, – Брайант указал пальцем дальше по улице. – Очередь там будь здоров. Идешь, Крис?
Майк толкнул дверь кафе, и они прошествовали мимо людей, выстроившихся у стойки, чтобы получить еду навынос, в направлении столиков. За исключением старичка в черном наряде, посетителей не было; пожилой мужчина сидел один, уставившись в чашку с чаем.
– Пойдет, – Майк скользнул в кабинку и отбил ребрами ладоней барабанную дробь о столешницу. – Умираю с голоду.
На легко стираемой поверхности стола было накарябано меню. Крис проглядел его и снова перевел взгляд на очередь у стойки, которая заставляла его нервничать. Он знал, какую еду здесь подавали. Бывал в таких кафешках в юности, порой с Карлой и другими механиками из мастерской Мэла. Как спутниковые программы прайм-тайма, блюда здесь имели кричащий вкус – смесь низкосортных субстратов с примесью громко рекламируемых витаминов и минеральных добавок. В сосисках мяса процентов тридцать, бекон накачивают водой для массы. Крис порадовался, что не голоден.
Появилась официантка.
– Чё будете?
– Кофе, – откликнулся Крис. – С молоком. И стакан воды.
– А мне большой завтрак, – с чувством сказал Майк. – Яйца туда входят?
– Квяйца, – угрюмо ответила официантка.
– Ясно. Тогда мне, эм, шесть таких. И побольше тостов. А еще кофе. Черный.
Девушка развернулась и зашагала прочь. Майк проводил ее взглядом.
– Они тут дружелюбно настроены.
Крис пожал плечами:
– Они знают, кто мы.
– Да, и должны понимать, это значит большие чаевые, стоит им проявить немного любезности. По мне, у них очень недальновидный подход.
– Майк, – Крис перегнулся через стол. – Чего ты ждешь? Твой костюм стоит больше, чем эта девушка зарабатывает за год. Она наверняка живет в комнатушке, которая меньше, чем мой офис. Там сырые стены, текут трубы, и за это она отдает примерно две трети своей недельной получки.
– И в этом, блядь, моя вина?
– Дело не в…
– Слушай, я не ее гребаная мамаша. Не я произвел ее на свет в зонах, чтобы получить пособие на воспитание. Потом, если ей тут не нравится, пусть выбирается, как остальные.
Крис вдруг с неприязнью взглянул на друга:
– Ну да, конечно.
– Именно. Послушай, Трой вырос в зонах и выкарабкался. Джеймс выиграл свой лотерейный билет и через шесть недель пойдет в Институт Тэтчер. Глядишь, будет зарабатывать больше нас с тобой. Так что не говори, будто выбраться отсюда нереально.
– А как насчет кузины Троя? Ту, которую Диксон со своими дружками изнасиловали две ночи назад. Она чего в зонах?
