Спустя мгновение услышал, как Мари тихо заплакала, крепко обнимая меня за талию. Я гладил ее по спине, молча давая своей жене выплакаться. Мне были понятны ее чувства. Мой отец тоже медленно умирал. Хотя и по совершенно другой причине.
Мари отстранилась, аккуратно вытирая слезы тыльной стороной ладони. Она все еще не смотрела на меня. Девушка отводила взгляд, как будто ей было стыдно.
– У меня к тебе есть просьба, Андрей, – она сделала глубокий вдох, будто собиралась с мыслями. – Помоги моему отцу, пожалуйста.
Наконец, Мари посмотрела на меня. В ее глазах все еще стояли слезы.
– Я хочу, чтобы его закрыли в клинике. Надолго.
Я засунул руки в карманы, хмуро слушая девушку. Она должна понимать, что зависимость прежде всего в голове человека.
– Маш, даже если мы закроем его там надолго, пока он сам не осознает, что болен, клиника ему не поможет.
Моя жена развернулась и медленно пошла вглубь квартиры. Я последовал за ней. Она остановилась на проходе в спальню. Подойдя ближе, увидел Белова, лежащим на животе на кровати. Судя по стоящему там запаху, он… Черт возьми! Я развернулся и пошел прочь.
– Андрей, пожалуйста, мы должны ему помочь! Он мой единственный родной человек.
Я молча кивнул ей в ответ, продолжая искать номер брата Славы, моего лучшего друга. Наконец, найдя номер, позвонил парню и объяснил всю ситуацию. Маша ошеломленно слушала меня, широко раскрыв глаза.
– Так быстро… – прошептала она, явно не ожидая, что я тут же исполню ее просьбу.
– Зачем тянуть кота за хвост, – ответил, как только завершил звонок. – Его проще увезти туда сейчас, пока он без сознания и не может сопротивляться.
Глаза Мари вновь наполнились слезами. Она бросилась ко мне и вновь обняла. Я положил ей ладонь на затылок и поцеловал в макушку. Не знаю, почему сделал именно так, но мне захотелось это. Я часто именно так утешал свою младшую сестренку, а Мари была моей женой. И с каждым днем все больше чувствовалась растущая во мне потребность защищать эту девушку.
– Поехали домой, – сказал я, мягко отстраняя ее от себя.
– Но…
– Нам здесь быть ни к чему, – ответил, обхватывая жену за талию и аккуратно подталкивая ее к двери. – Тебе не о чем переживать. Твоего отца заберут и без нас. Я пришлю Игоря, чтобы он все проконтролировал.
– Хорошо.
***
Мы ехали целых два часа, и все никак не могли добраться до дома. Мари молчала всю дорогу, и я тоже не произнес ни слова. Все потому, что не знал, с чего начать разговор. Эта девушка была для меня сплошной загадкой, и я понятия не имел, как строить с ней диалог. Всякий раз, когда пытался, выходило не очень. Хотя вчера после выпитого алкоголя ее прямо тянуло поговорить. На мгновение я задумался, а не напоить ли мне женушку снова, но голос Мари неожиданно прервал мои мысли:
– Насчет вчерашнего… – начала она и запнулась.
Ее пальцы нервно теребили локон светлых волос.
– Я действительно хочу развестись с тобой, Андрей…
– Этому не бывать, Мари. Забудь об этом, – резко ответил я, хотя совсем недавно тоже хотел этого.
– Ты не можешь держать меня насильно рядом с собой.
– Не могу. Зачем мне это делать? Я хочу, чтобы мы нашли общие точки соприкосновения и научились жить вместе.
Мари отвернулась к окну. Из-за того, что мы стояли в пробке, и машины с трудом ехали, у меня было полно времени смотреть на свою жену, а не на дорогу. Профиль девушки был обращен, наоборот, на дорогу и проезжающие мимо автомобили.
– Зачем ты женился на мне, Андрей? – спросила она, продолжая не смотреть в мою сторону.
Я едва не застонал от раздражения. Откинувшись на водительское сиденье, посмотрел вперед и аккуратно нажал педаль газа, сокращая расстояние с впереди едущей машиной.
Мари уже ни раз задавала мне этот вопрос, но я не отвечал ей, потому что не знал, как она отреагирует. Проще было придерживаться легенды, что мне пора жениться, и лучше кандидатки в Москве, кроме нее, никого нет. Честно говоря, именно так и было, но проблема заключалась в другом: я не любил эту девушку.
– Мой отец настоял на этом, но это ты уже знаешь.
Я повернул голову к девушке. На этот раз она внимательно смотрела в мою сторону. Я сделал глубокий вдох и продолжил:
– Однажды твой отец спас меня, – слегка дрогнул от своих травмирующих воспоминаний, уносящих меня в детство.
– Что значит
– Шестнадцать лет назад меня похитили прямо из школы, убив моего водителя. Повезло, что я был один. Денис и Леха тогда сидели дома с ветрянкой.
– Не понимаю. Зачем кому-то похищать маленького мальчика? С целью выкупа?
Я кивнул, мысленно возвращаясь в тот день. До сих пор помню, как испугался тогда.
– Каким образом мой отец спас тебя?
– Меня затолкали в машину и увезли куда-то в область. Я до сих пор не знаю точно куда. Мой отец тогда не поделил деньги с одним из своих бизнес-партнеров. А этот подонок решил пойти грязным путем.
– Тебе получается было тогда двенадцать лет?
– Да. Меня продержали на каком-то заброшенном заводе несколько дней. Меня даже привязали, чтобы я не сбежал.
– Боже мой! Тебя хоть кормили?
– М-н-да-а-а, – протянул я, скривившись от воспоминаний. – Омлетом и водой.
