Прежде чем я успела одеться, он развернул меня, обернув рукой ниже спины.
- Ты шла, покачивая своей хорошенькой задницей не в том направлении, Bebe. Ты должна была подойти ко мне, когда была вся голая и мокрая.
- Даже не смей подходить ко мне! Потом обвинишь меня, что я снова загипнотизировала тебя.
- Я понял, что у тебя не было всех твоих сил, когда я впервые захотел тебя.
- Почему ты так думаешь?
- Потому, что если бы ты гипнотизировала тогда, все парни Стерлинга задыхались бы, глядя на тебя, а не на Клотиль.
Вскинув подбородок, я сказала:
- Эй, я не так уж плоха, кайджан.
- Это правда. Когда я увидел тебя в тот день одну в школьном дворе, в твоей коротенькой юбке... - Выражение его лица стало тлеющим. - Я хотел, уложить тебя спиной на тот стол, и взять прямо там, Эванджелин.
Я вздрогнула, услышав, как мое имя с акцентом скатилось с его языка. Этому невозможно сопротивляться. Я знала это, потому что изо всех сил, пыталась.
Он был прав. Глупо бороться с этим. Я посмотрела на него и прошептала:
- Только, только не делай мне снова больно. Если я поцелую тебя, а ты испытаешь отвращение...
Он тихо рассмеялся, потершись своими бедрами о мои.
- Чувствуется ли, будто я испытываю отвращение?
- Джексон! - Ахнула я.
- От тебя пахнет жимолостью. Тебе нравится Джек сейчас?
- Я никогда не прекращала тебя любить. Даже когда ты пытался спастись от меня в силе католицизма.
- Не могу ничем помочь, меня воспитывали, что сверхъестественное – это либо чудо, либо сатана.
Я закатила глаза:
- И ты все еще пытаешься выяснить, кто я?
- Non. Я пытаюсь выяснить, до сих пор ли я католик. - Он улыбнулся так, что у меня замерло сердце.
Великолепные губы. Я хотела их на моих.
Перед тем, как меня поцеловать, он сказал:
- Ты, можешь быть не такой, как я думал, но я хочу защищать тебя в любом случае. Я хочу, попытаться принять все это. Но ты должна принять меня.
- Принять тебя? О чём ты говоришь?
- Я девятнадцатилетний парень с протоки. Я люблю выпить. Я могу говорить глупое дерьмо. Ты должна принять свои чувства ко мне без боли, без колебаний.
Я положила ладонь на его лицо.
- Ты испытаешь еще больше боли, чем чувствуешь, если останешься с нами. И это будет моя вина, потому что я не хочу разлучаться с тобой. Ты хотел, чтобы я отпустила тебя.
- Это было, прежде чем я кое-что понял, на этой неделе. Я не собирался прожить долгую жизнь до апокалипсиса. До того, как появились зомби, людоеды, и чума. Теперь я полагаю, что буду тратить свое оставшееся время на то, что я хочу.
- И что ты хочешь?
Он улыбнулся.
- Ты - то, что я хочу, а это - то, что я хотел бы делать с тобой. - Он наклонился, прижавшись губами к моим.
Когда он ко мне прикоснулся, наконец, полил дождь, барабаня по жестяной крыше. Я не слышала, этого звука с той ночи, когда приходила к дому Джека на протоке.
Он отступил:
- Христос, твои губы такие сладкие. Douces comme du mie. - Сладкие, как мед. Он сорвал с себя рубашку, обнажив влажную грудь, четки на шее. Я скучала по такому его виду.
Мои пальцы скользили по шраму на его руке. Я так любила этот знак. Если бы он не получил эту рану, в ночь Вспышки, он бы умер, как и большинство остальных.
Его руки опустились на мою задницу, плотно прижимая к нему. - T 'es pour moi, Evie. Ты моя. Каждая часть тебя. - Он наклонился, взял мои губы еще раз. Между поцелуями, он сказал: - Я говорил тебе однажды, и я скажу еще раз: нет ничего, что может встать между нами, через что мы не сможем пройти. Просто дай мне шанс, добраться до тебя. Обещай мне.
- Джек...
- Обещай мне. Ты не оставишь меня снова.
- Я обещаю. - Глядя на его губы, я сказала: - ты всегда придёшь за мной?
- Буду следовать за тобой, как цепной пес. - Пробормотал он пьяно.
Я засмеялась. Как я могла чувствовать себя счастливой в нашей ситуации?
- Я рада, что мне больше не нужно скрывать это от тебя. Нет больше никаких секретов – у каждого из нас. - Подождите ка. Его взгляд метнулся? - У тебя есть то, что ты хочешь мне сказать?
- Non, Rien. - Нет, ничего.
- Ты... ты мне врешь? Джек, нет ничего важнее доверия прямо сейчас. Учитывая эту игру, весь этот мир, мы должны иметь возможность полагаться друг на друга.
- Я не вру. Ты можешь доверять мне Эви. - Сказал он более твердо. - У меня нет секретов, peekon. За исключением того, как сильно я тебя хочу.
- Я верю тебе. - Я облегчённо кивнула.
- Хорошо. - Он обнял меня, прижимая мое тело к своей груди, поворачивая к кровати. - В ту ночь у бассейна, ты бы позволила мне, если бы я был медленнее. Я сделаю это сейчас. Красиво и медленно.
- Мы не можем быть вместе так. Что будет, если я причиню тебе вред своими силами?
- Это мой выбор, ma belle.
- Я серьезно.
- Я тоже. - Он подошел к кровати, грешные поцелуи, заглушили мои мысли, он отстранился от моих губ, чтобы добавить. - Ты любишь меня слишком сильно, чтобы причинить мне боль.
Я не стала отрицать.
- Теперь, тише. Мы сделаем то, что у нас лучше всего получается, когда молчим.
