1306 год. С пытающимся вернуть себе престол Шотландии королем-изгнанником Робертом Брюсом осталась лишь горстка людей. В их числе — семнадцатилетний оруженосец Томас Лермонт. В отчаянной надежде на помощь могущественного Ордена тамплиеров Брюс отправляет его с секретным письмом к одному из руководителей Ордена приору Франции Жерару де Вилье.Ни свергнутый англичанами король, ни его юный сподвижник и не подозревали, что путь этот займет у юного барда несколько лет, и на этой дороге ему придется встретиться с таинственным племенем цыган, стать узником, рыцарем, беглецом и рабом, лишиться языка и доброго имени и приобрести таинственную фигурку, изменяющую цвет глаз владельца…
Джеймс Дуглас обеспокоенно смотрел на своего сюзерена. Дурные вести из дома, отовсюду дурные вести. Роберт обычно был скор на гнев и расправу, но в последние дни, когда беглецы достигли Ратлина, все больше молчал. Сидел на палубе когга,[1] завернувшись в плащ, и глядел на свинцовые волны. Даже его младший брат, балагур Эдвард, не в силах был разговорить короля-изгнанника.
…Двадцать лет прошло с того злосчастного мартовского дня, как последний законный правитель Шотландии, Александр III, погиб. А шестнадцать лет назад умерла и наследница Александра, малолетняя принцесса Маргарет. С тех пор в стране не утихала смута.
После смерти Маргарет множество знатных семей объявило о своих правах на престол, но ближе всего к королевской короне оказались трое. Роберт Брюс, 5-й лорд Аннандейл. Джон Баллиоль, наследник Голлуэйского графства. И Джон Комин по прозвищу «Рыжий», лорд Баденоха и Лохабера. В 1292-м году от Рождества Христова Джон Баллиоль был коронован как король шотландский Иоанн I, однако царствование его продлилось недолго.
Четыре года спустя Эдуард Длинноногий, правитель Англии, вторгся во владения северного соседа. Англичанин сверг Баллиоля и поставил своих людей управлять страной. Не прошло и года, как вспыхнуло восстание. Повстанческую армию возглавил Уильям Уоллес, рыцарь Элдерсли. На Стерлингском мосту он одержал победу и стал Хранителем Шотландии — однако храброе сердце и верный меч не спасли от предательства. В 1298-м в Фолкеркской битве шотландские лорды предали Уоллеса, а несколько лет спустя рыцарь Джон де Ментейс выдал его англичанам.
Англичане казнили Уоллеса в 1305-м году, но пожар восстания не утихал. Во главе борцов за свободу встали Рыжий Джон Комин и Роберт Брюс, внук старого лорда Аннадейла. Но и между вождями не было согласия. Десятого февраля 1306-го года Роберт Брюс убил своего соперника в миноритской церкви в Дамфрис. Месяц спустя в Сконе на Брюса возложили шотландскую корону. Однако кровь Рыжего Комина, обагрившая каменный пол церкви и руки убийцы, принесла новому шотландскому королю не только власть, но и вечное проклятие.
Англичане разбили войска Брюса при Метвине. А в Стратфиллане и сам король попал в засаду и едва избежал смерти. Ему пришлось отправить жену и дочь в Килдрамми, а самому бежать на запад, в Аргайл, к Лорду Островов. Армия Эдуарда следовала по пятам за беглецами. Тогда Брюс и самые верные его соратники пересекли море, чтобы избавиться от погони. Мили и мили ледяной воды легли между королем-изгнанником и его преследователями — но пролитую в божьем храме кровь не смоешь морской водой, а проклятие настигает вернее, чем стрела из английского лука. Кажется, чем дальше правитель Шотландии уходил от опасности, тем тяжелей делалось у него на сердце.
Вот и сейчас: воины развели на берегу костры и поставили королевский шатер, а король возьми да и удались в скалы, никому слова не сказав. Некоторое время они: Джеймс, Гилберт и братья Роберта, Томас, Эдвард и Александр — препирались, кому идти следом. Нельзя оставлять короля одного, но и попасть под горячую руку никому не хотелось… Мальчишка прибежал очень кстати.
— Милорд, — сказал Джеймс Дуглас, обращаясь к неясной тени в углу пещеры.
В отличие от короля, лорд Дуглас не обладал острым ночным зрением, поэтому видел лишь черный сгорбленный силуэт и поблескивающие белки глаз.
— Да, Джеймс? Вы полагаете, что я и часа не могу провести вдали от вашего общества?
Голос у короля был непривычно тихий. Мурашки по спине бегут от такого голоса.
— Сэр, из деревни прибежал мальчишка… То есть из замка. Здешний хозяин, лорд Маккейб граф Ратлин, приглашает нас отобедать…
— Граф?
Из тьмы раздался смешок.
— У этой кучки камней есть хозяин, вдобавок именующий себя графом?
— У всего в божьем мире есть хозяин, — рассудительно заметил Джеймс Дуглас. — Мальчишка Рори сказал, что его господин уже растопил камин, и готовится знатное угощение… По крайней мере, так я его понял. Произношение у местных ужасное, словно чайка орет тебе прямо в ухо.
— Что ж, — тень поднялась, выпрямляясь во весь рост. — Отведаем ирландского гостеприимства этого графа Ратлин.
Замок назывался «Гнездом», и напоминал он неряшливое гнездо, прилепленное к боку скалы, все в белых известковых потеках помета. Северная его стена выходила на море, где скалы круто обрывались вниз, в кипящую прибоем бездну. Неподалеку располагалась колония морских птиц, и чайки — или моевки, или крачки, не разглядишь в сумраке — беспокойно вопили, чуя приближающийся шторм.
Рори, мальчишка-проводник, посланный графом Ратлин, стучал по камням деревянными башмаками, шмыгал носом и то и дело облизывал потрескавшиеся губы. Под глазом у него расплывался здоровенный синяк, а большая не по размеру рубаха была грязной и рваной. Роберт мельком подумал, что от того, кто так обращается со слугами, особого гостеприимства лучше не ждать.