Рыцарь и буржуа полностью

В заключение несколько замечаний о Дефо в сопоставлении с Франклином. У этих авторов много совпадений в деталях при совершенно различной тональности. Их личностные образцы имеют ряд общих черт: расчет на свои силы, трудолюбие, стойкость, бережливость, терпение, предусмотрительная расчетливость, методичность; но у Франклина это искренние лозунги, подаваемые добродушно и с юмором, тогда как в морализаторском пафосе Дефо неизменно слышна какая-то фальшивая нота. Обоих сближает вера в силу науки и рационального мышления. «Наука, — писал Франклин в своем календаре на 1749 г., — как теоретическая, так и практическая, при демократическом или смешанном правлении служит естественным источником богатства и почета». Дефо горячо поддерживал образование, а в «Робинзоне» выражал убеждение, что, «определяя и измеряя разумом вещи... каждый может через известное время овладеть любым ремеслом» (с. 66). Оба автора не любят духовных особ, а Дефо в «Чистокровном англичанине» считает тиранию духовенства худшим из бедствий, какие только могут обрушиться на человечество. Оба — сторонники религиозной терпимости, и Дефо рад тому, что множество сект в Англии позволяет каждому отправляться на небо своим путем (афоризм, повторенный в письмах об Англии Вольтером, которому обычно приписывают его авторство). Однако пуританский дух у Дефо гораздо сильнее, чем у Франклина; тот отошел от Ветхого завета уже очень далеко. М. Вебер (о нем пойдет речь в следующей главе), несомненно, переоценивает пуританизм Франклина, в котором масон с годами явно берет верх над пуританином.

К отличительным чертам Франклина, достойным упоминания, следует отнести отсутствие каких-либо рассуждений о продвижении по общественной лестнице в смысле, характерном для Дефо. Купеческий образец действителен у Дефо лишь на время обогащения, до перехода в категорию джентльменов. Для Франклина социальное продвижение сводится к богатству и уважению в обществе. Немалое состояние, которое ему удалось приобрести, он употребил на общественные нужды; ему и в голову не приходило купить имение и поселиться в нем, подобно Вольтеру. Вряд ли можно это объяснить лишь тем, что в Пенсильвании, к жителям которой Франклин обращался прежде всего, не было потомственного дворянства, служившего притягательным образцом для прочих сословий. Ведь в семьях мелких буржуа — колонистов, вероятно, сохранялась память о прежних традициях, а Франклин знал о них, подолгу живя в Европе. Тем не менее и Франклин, и франклинизм призывают обогащаться в рамках своего сословия.

1. Буржуа Нового времени в типологических исследованиях немецких буржуазных авторов

а) В. Зомбарт. В предыдущих главах мы воспроизвели некоторые из буржуазных личностных образцов. Теперь мы хотели бы критически рассмотреть некоторые из наиболее известных в буржуазной литературе теорий относительно факторов, повлиявших на формирование этих образцов. Прежде чем перейти к рассмотрению роли, которую сыграли в их формировании, а также в развитии капитализма вообще, определенные религиозные секты, остановимся на взглядах тех авторов, которые формирование буржуазных образцов приписывали определенному типу человека . Хотя социальные тенденции этих авторов нам чужды, а их постановка вопроса представляется нам принципиально неверной, мы не хотим обойти молчанием теории, которые в свое время широко обсуждались и которые тесно связаны с интересующей нас проблематикой.

Особенно много внимания типологическим вопросам подобного рода уделил В. Зомбарт в своей книге «Буржуа». «Он — «мещанин», говорим мы еще и ныне, чтобы обозначить тип, а не сословие», — замечает Зомбарт Зомбарт В. Буржуа. М., 1924, с. 83. Далее цитируется то же издание книги

Зомбарта.. Этот тип, согласно Зомбарту, складывается в XIV веке в городах Италии, прежде всего во Флоренции. Жажда обогащения стара как мир, но лишь итальянский капитализм той эпохи формирует человека, желающего обогатиться методичным, каждодневным трудом. В отдаленные времена усилия человека были направлены на пропитание и дальше не шли. Могущественные феодалы средневековья не проявляли ни малейшего уважения к цифрам, покрывая бюджетный перерасход контрибуциями, десятинами, повышением арендной платы или оброка. Их богатство выражалось в великолепном, богатом оружии, кубках, блюдах, упряжи, мехах и т.д. Городское же население не проявляло особой склонности к хозяйственным заботам, устраивая праздники по любому поводу.