— Остынь, рыцарь, — оборвала она меня. — Если ты сумел так досадить Сверкающему, что тот бросил против тебя все свои силы, то у тебя нет преданней друга, чем я. Я об этом не слишком распространяюсь, но я родилась на Большом острове, — я вспомнил, что так в этом мире называют Австралию. — После захвата Сверкающим моей страны, все мои родные погибли: родители, брат и две сестры. Я единственная, кто уцелел. Мне удалось бежать, но я никогда не прощу Сверкающего. А ты сейчас единственный, кто реально противостоит ему, не знаю уж почему. Так что от меня тебе теперь не избавиться.
— Мне все это не нравится и это наказание…
— Совершенно заслуженное, — оборвал Леонора Буефар. — И если тебе нечего сказать, кроме жалоб, то можешь проваливать.
— Хорошо тебе говорить, — огрызнулся Леонор. — Но мне Нарнах прямо заявил, что если с вашим Энингом что-нибудь случится, то он с меня живого шкуру спустит. И я ему верю. А вы собираетесь сражаться с самым сильным магом мира! Вам просто необходима моя поддержка.
Никогда бы не подумал, что у Леонора могут быть благородные чувства.
— Хорошо, — я поудобней устроился на стуле. — Возможно, после моего рассказа кому-то захочется уйти, я не буду мешать, только попрошу никому не рассказывать об услышанном.
От волнения я даже не заметил, что это заявление несколько противоречит предыдущему.
— Энинг, хватит мяться, давай рассказывай, не трусь.
Иногда Далила напоминала мне Мастера. Она тоже видела меня насквозь. Я вопросительно посмотрел на Леонора.
— Я установил защиту. Никто с помощью магии нас не подслушает, — ответил тот на мой невысказанный вопрос.
— Тогда я начинаю. Все началось с моих неприятностей в школе… — начал рассказывать я, постепенно подбираясь к настоящему моменту. Рассказывал я все без утайки и прикрас, не пытаясь выставить себя героем, решившим бросить вызов коварному злодею. Рассказал об учебе на острове Мастера. О том, сколько раз мне хотелось бросить все, лишь бы закончились те пытки, которые, явно по ошибке, назывались тренировками. Потом о Колодце Судьбы и своем появлении в Амстере. Теперь уже Эльвинг мог дополнять мой рассказ, кое-что вставлял и Рон.
— И вот теперь я сижу здесь и не знаю, как нам добраться до Константинополя. Не знаю, как мне найти этот Ключ, открывающий проход между мирами.
Некоторое время в комнате стояла мертвая тишина.
— Да-с, — заговорила, наконец, Далила. — Если бы ты хотел нас обмануть, то придумал бы что-нибудь правдоподобней.
— А этот рыцарь Ордена… Деррон? — Буефар вдруг задумался. — Мне кажется, я слышал это имя. Он упоминался в хрониках. И еще в какой-то песне…
— Песня о нем, — усмехнулся я. — Только не советую ее петь. Деррону она ужасно не нравится. Обычно я ее напевал, когда хотел немного позлить его. Он до сих пор малость нервничает, когда ее слышит.
Буефар потрясенно покачал головой. Видимо, весть о том, что одна из легенд этого мира находится практически рядом с ним, произвела на него большое впечатление.
— А он может показаться?
Я покачал головой.
— Нет. Насколько я понял Мастера, сейчас они слишком тесно связаны со мной. Для того, чтобы говорить с вами, им нужно разорвать контакт. Но если вы хотите поговорить с ним, то спрашивайте, я передам ответ.
— Ясно. — Буефар пристально посмотрел на меня. — А все твои идеи… ну с грамотой Севана, подкуп Нора и этот документ о проверке душ… это кто посоветовал, Деррон или Мастер?
Я улыбнулся.
— Никто. Это мои и только мои идеи. Я предпочитаю не советоваться с ними по поводу своих идей, заранее зная их реакцию. Правда, потом мне приходится выслушивать сетования Деррона о том, сколько у них с Мастером прибавилось седых волос после очередной моей выходки.
— Как я их понимаю, — вздохнул Буефар. Это был сказано им с таким серьезным видом, что вызвало улыбку у всех и немного разрядило напряжение.
Но вот Далила заговорила о том, чего я опасался больше всего, хотя и прекрасно понимал, что избежать разговора на эту тему не удастся.
— А у Колодца ты, значит, получил в подарок меч Судьбы? — Она настороженно посмотрела на мой меч. — Ты им пользовался?
Я усиленно замотал головой.
— Нет, и постараюсь избежать этого. Деррон с Мастером мне ясно дали понять, что его применение не приведет ни к чему хорошему. И я им верю.
Разговор продолжался уже несколько часов, и я с удивлением понял, что никто не собирается убегать. А Рон, тот просто пришел в восторг от новой перспективы и начал строить планы, как он вместе со мной будет сражаться со злобным колдуном. Все мои попытки уверить его, что я не собираюсь сражаться со Сверкающим, что это дело того мага, за которым мы и идем, оказались тщетны.
— Не зря же ты получил меч Судьбы, — неизменно отвечал он на мои возражения. — Это твоя Судьба. Пусть тот маг нам помогает.
Я коротко ответил ему, что я думаю о судьбе, ее мече и куда они могут отправляться.
— Я не собираюсь идти на поводу у какой-то там водяжаки, что бы она о себе не воображала.
