Так, Нарнах проявляет заботу о своем капиталовложении.
– Слушаю, Вильен. Как успехи в бизнесе?
– Все шуточки, Энинг? Слышал, ты опять влез в неприятности? Когда твои друзья связались со мной, я, честно говоря, подумал, что на этом наше знакомство закончится. Пришлось срочно бежать к Мервину. Хорошо, что я был в этот момент в Амстере. Что там у тебя на этот раз?
Я рассказал, стараясь быть покороче.
– Либиус Марзофл, говоришь? Понятно, почему он побледнел, когда ты сказал, что находишься в городе по моим делам. Этот негодяй давно уже куплен мной со всеми потрохами. Сейчас, значит, он решил на стороне подработать. Ну что ж, посмотрим, во сколько это ему встанет. Можешь забыть о нем.
– Энинг. Слышишь меня? – неожиданно вклинился другой голос, который я не сразу и узнал.
– Мервин, это вы?
– Я, мой мальчик.
Если Мервин назвал меня так, жди неприятностей. У меня противно засосало под ложечкой.
– Что случилось? – спросил я, страшась ответа.
Мервин вздохнул. Его голос звучал устало.
– Мне только что сообщили, что Винер погиб.
Я вспомнил маленького тщеславного и жизнерадостного предсказателя, к которому мы обратились за помощью в Амстере. Вспомнил его помощницу…
– А Мириэль? С ней все нормально?
– Ее не было в это время в шатре. Так что ей повезло.
– Как это случилось? – Я уже догадывался об ответе.
– Люди Сверкающего. Они вошли к нему, когда около его шатра уже не было людей. Там случайно проходил караул, и они услышали шум внутри. Когда они зашли, то там находились Винер и трое незнакомцев. Они бросились бежать, но один из них успел ударить предсказателя ножом. Никого догнать не удалось. Энинг, Винер на несколько секунд пришел в себя и сказал… он сказал: «Передайте Энингу, что я ничего им не сказал. Они ничего не узнали».
Я почувствовал, как по щеке покатилась слезинка, но даже не сделал попытки смахнуть ее. Сначала Буефар, теперь Винер. Кто будет следующим? Кто еще должен погибнуть прежде, чем мне удастся исправить свою ошибку?
– Я все понял, Мервин. Спасибо.
– Энинг, с тобой все в порядке?
– Все хорошо. Спасибо. Конец связи.
Даль-связь отключилась, но я продолжал сидеть, тупо сжимая уже ненужную палочку в руке.
Далила обняла меня за плечи, заглянула в лицо.
– Это был твой друг?
– Нет… Да… Мы с ним всего-то один раз и встречались. Это предсказатель. Именно он и направил меня в Константинополь. Сверкающий захотел узнать от него нашу цель, вот и… А… – говорить я не мог.
Подошел Эльвинг.
– Прекрати. Винер был моим другом, но сейчас не время распускать нюни. Надо сделать так, чтобы его смерть не оказалась напрасной. Закончи то, что начал! Проклятье! Да очнись же ты! Слабак! Девчонка! Рыцарь трухлявый! – Эльф еще некоторое время упражнялся в красноречии, припоминая все людские оскорбления, которые только знал. Загерий с некоторым испугом посматривал на него – никто не мог безнаказанно так разговаривать с рыцарем.
– Ты закончил? – поинтересовался я, когда эльф замолчал, исчерпав известные ему оскорбления.
– Да. Что ты собираешься делать?
– Сначала скажу спасибо. Смерть Винера не будет напрасной. Винера жаль, но жизнь продолжается, как продолжилась она и после смерти Буефара.
В комнате воцарилась тишина. Никто не решался нарушить скорбное молчание. Но в этот момент раздался возмущенный вопль Леонора:
– Что же это получается?!! Я оскорбил Энинга, и меня наказали понижением жалованья, даже плетьми грозили, а какой-то эльф при всех оскорбляет его гораздо сильнее, и его за это хвалят?!! И это называется справедливость?!
Загерий, не посвященный в наши отношения, с недоумением уставился на мага. Илья Муромец с Ролоном понимали не больше его. Мы же с Роном, Далилой и эльфом уставились друг на друга. Первой не выдержала Далила. Она буквально задыхалась от смеха, с восторгом глядя на мага. За ней расхохотался Рон, а глядя на них, рассмеялись я и эльф. Рон сквозь смех пытался что-то объяснить Муромцу, Ролону и Загерию. Через минуту уже смеялись все, кроме Леонора, который мрачно смотрел куда-то в сторону. В дверь заглянул перепуганный слуга, но на него шикнули, и тот исчез.
– Это действительно несправедливо, – наконец выговорил я. – Спасибо, что напомнил.
Я принял как можно более суровый вид.
– Господин эльф!
Тот вытянулся в струнку, подражая солдатской стойке «смирно».
– Вы оскорбили рыцаря, и посему должны быть наказаны. Какое жалованье вы получаете сейчас?
– Никакого, господин рыцарь, – отчеканил эльф, весело посматривая на меня.
– Так вот, с этого дня будете получать в три раза меньше!
– Слушаюсь! А почему в три?
– А чтоб Леонор не завидовал. Тебя я наказал сильнее, чем его. – Мы опять расхохотались.
– Кстати, – заговорил Рон. – Самое главное мы не сказали. Пока взрослые бегали освобождать тебя, я обнаружил корабль с красным парусом. Все, как ты говорил.
Смех мгновенно оборвался.
– Что ты обнаружил?!!!
Рон растерянно посмотрел на меня. Он явно ожидал другой реакции на свое сообщение.
