Отец с Витькой немного замешкались, но потом решительно подхватили каждый свои вещи и двинулись к выходу. Последним, пропустив Рона, который тащил свои кожаные доспехи со шпагой, вышел я. Дверь захлопнулась. Не сговариваясь, мы все разом обернулись и посмотрели на закрытую дверь. Постояли.
Внизу, на своем обычном посту, находилось несколько старушек из «службы новостей». Они проводили нас подозрительными взглядами, но ничего не сказали. К счастью. Я не уверен, что отец в теперешнем состоянии смог бы хоть что-нибудь ответить. Да и брат выглядел не лучшим образом.
Прохожие не обращали на нас внимания. Мало ли по какому делу идут люди с вещами. Может, уезжают куда? Так что до пустыря добрались мы довольно быстро. Свалив все вещи около памятного для себя погреба, я отправился к дороге.
– Ждите здесь, а я пойду встречать Вячеслава Павловича.
Отец хотел было пойти со мной, но мне удалось отговорить его. Рон тут же принялся переодеваться в свои доспехи.
– Надоело ходить в этой одежде, – объяснил он мне.
Я пожал плечами. Раз хочется, то на здоровье.
Выйдя к дороге, я остановился на обочине и стал внимательно всматриваться в каждую проезжающую машину, надеясь, что именно в ней окажется мама. Но все равно машина Вячеслава Павловича появилась совершенно неожиданно. Взвизгнули тормоза и возле меня остановились неприметные «Жигули» первой модели. Распахнулась дверь.
– Мама! – Я бросился ей на шею. Мама выглядела неважно, под глазами чернели круги от бессонной ночи и всего пережитого. За одно это я готов был убить тех негодяев, что сделали подобное. Но мама старалась выглядеть бодрой и даже улыбнулась.
– Егорушка!
– Егор, вам лучше побыстрее уйти. Операция прошла не так гладко, как ожидалось. Когда мы отъезжали от дома, к нему подъехали «гости». Теперь они гонятся за нами. Я пробовал оторваться, но, кажется, это мне не совсем удалось. Я попробую увести их, но вы поторопитесь. Я все объяснил.
Вячеслав Павлович захлопнул дверь и рванул с места.
– Егор, что за сказки о каком-то Магическом мире? Что происходит?
– Потом, мама! Потом! Ты же слышала, что надо уходить!
Словно подтверждая мои слова, вдали показалось несколько машин. Мама побледнела. Машины же на полной скорости неслись к нам.
Черт! Надо было слушать Вячеслава Павловича, когда он говорил, что надо сразу уходить. Я рванул маму за собой в кусты. Сзади взвизгнули тормоза.
– Сматываемся! – вылетел я к собравшимся. – За нами погоня!
Криворецкий сообразил первый. Подхватив два чемодана, он бросился за мной. Рон, который уже успел переодеться, бежал следом. Я лихорадочно доставал Ключ из кармана, ища по пути какую-нибудь вертикальную поверхность. Погоня приближалась.
Тут мы вылетели к задним стенам гаражей. Я достал Ключ, мгновение и в стене гаража появилась дверь. Раздался дружный вздох, но мне некогда было любоваться их ошеломленным видом, я уже открывал ее.
– Быстро! По очереди!
– Ты первый. – Отец решил прикрыть отступление. Я едва не заскрипел зубами от злости.
– Если я войду, то дверь сразу захлопнется! Так что вперед! – Я чуть ли не силой втолкнул туда отца. За ним вошел Витька. Несмело переступив ногами, следом вошла мама.
Я нетерпеливо посматривал на мнущихся людей, прислушиваясь к шуму погони. В это мгновение с той стороны раздался чей-то крик. Не думая, я рванулся туда и едва не сбил с ног Таньку Серову, которая бежала мне навстречу.
– Бандиты! Бандиты! – вопила она не переставая.
Церемониться было некогда, и я отвесил ей хорошую оплеуху.
– Ты как здесь оказалась?!
– З-з-за в-вамм-ми с-след-дила!
Мне захотелось завыть от досады.
– А где твои телохранители?
– Их-х н-нет! Я сб-бежал-ла!
У, дура!!! Но не оставлять же ее из-за этого этим подонкам?! Хотя, честно говоря, такое желание у меня возникло. Чуть ли не силой я подтащил ее и толкнул Криворецкому.
– Забирай ее и пошел!
Тот удивленно глянул на меня.
– Ты уверен?
– А что делать? От них она не успеет убежать, – я кивнул на приближающуюся погоню.
Последним уходил Рон. Я шагнул следом, но… не успел.
– Стой! Стреляю!
Я обернулся. Из-за крайнего гаража выскочили несколько человек с пистолетами. Они явно ожидали здесь увидеть больше, чем одного ребенка, и были сильно озадачены этим обстоятельством. Они стояли, наставив на меня оружие, и не понимали, что делать дальше. Необходимо было срочно воспользоваться этим минутным замешательством.
– Остановитесь! – воскликнул я, воздев руки к небу. – Не ведаете вы, что творите. Отзовется вам это на небесах, никогда не найдете вы покоя на земле. – Что за чушь я нес, было неважно. Я и сам не понимал того, что говорил, ну и хорошо, главное, чтобы и они не понимали. – На колени, грешники, и молитесь Господу нашему, и да отпустит Он вам грехи ваши.
Тут я заметил, что бандиты слегка косеют. Интересно, с чего бы это? Я, конечно, не слишком уж блестящий оратор, но чтобы так вот пугать людей… Чего они на меня уставились?
