– Я для вас не «подружка»! – Ольга гордо вскинула голову. – И никто не смеет усомниться в моем человеческом происхождении.
– Ну и ну. – Я удивленно вытаращился на Ольгу. – Что это с тобой?
Ольга покраснела.
– Извини, Энинг. Я, наверное, не должна здесь так говорить.
– Ну, – я прикинул, как бы выразиться потактичнее. – Это было немного грубо.
– Но он же намекнул, что я незаконная дочь…
– Тпру, – Вячеслав Павлович поднял руку. – Я такого не говорил. Если мой вопрос прозвучал таким образом, то прошу прощения. Я просто не был уверен… Если этот молодой человек эльф, то вы, юная леди, вполне могли оказаться феей.
– Нет. – Ольга улыбнулась. – Я человек.
– Это Ольга. Она тоже мой лучший друг.
– Да-а? – Эльвинг с шутливым изумлением посмотрел на меня. – Всего лишь друг?! – Он повернулся к Ольге. – Как лучший друг этого типа, хочу выдать страшную тайну. Этот рыцарь влюблен в вас по уши, принцесса, но боится в этом признаться.
– Эл, заткнись, – прошипел я. – Ты ни черта не понимаешь. Не слушай его.
– Значит, он не прав? – Ольга серьезно смотрела на меня, явно ожидая ответа.
– Нет, – прохрипел я. – Он не прав.
Я поспешно отвернулся, но успел заметить, как побледнела Ольга и растерянно посмотрел на меня Эльвинг.
– Так, – преувеличенно весело заметил Вячеслав Павлович. – Как я понимаю, вам сейчас нужна помощь. В такой одежде, – Вячеслав Павлович кивнул на эльфа, – по улицам не походишь. Предлагаю поехать сейчас ко мне домой, и там мы поговорим в более подходящей обстановке. – Таня, тебе придется поехать с нами. Проводи Олю и Эльвинга в машину. Я правильно назвал твое имя?
Эльвинг кивнул.
– Замечательно. Таня, объясни им, что и как, а мы с Егором немного задержимся. Мне с ним надо обсудить один финансовый вопрос.
Я прекрасно понимал, что вовсе не это он со мной хочет обсудить, но не спорил. Я мрачно наблюдал, как мои друзья идут к машине и как Танька показывает им, как открыть дверь. Ольга обернулась и посмотрела на меня с такой болью, что я с трудом сдержался, чтобы не убежать. Когда-то я считал, что выдержать пытливый взор Ратобора самое трудное. Теперь понял, что самое трудное выдержать полный страдания взгляд его дочери.
Вячеслав Павлович наблюдал за нами.
– Зачем же ты соврал? Ты же видишь, что нравишься ей, и я вижу, что она нравится тебе. Тебе ее не жалко?
– Да что вы понимаете?!! – не выдержал я. – Отстаньте, и без ваших дурацких вопросов тошно!!! – Я резко отвернулся, чтобы Вячеслав Павлович не видел моего лица.
– Тебе полегчало? – Спокойно спросил он.
– Да, – буркнул я. – Но это не ваше дело.
– Возможно, – все так же спокойно ответил он. – Просто я тебя не понимаю.
– Не понимаете? – разозлился я. – Хорошо, я объясню! Да, я люблю ее, и можете считать это подростковой блажью, как посчитает большинство взрослых. Но я не смогу ничего ей дать, кроме боли! Пусть лучше она забудет обо мне сейчас. Может, ей и будет больно, но это ничто по сравнению с тем, что может ждать ее в будущем!
– Я бы не назвал это подростковой блажью, раз ты понимаешь такие вещи. Но насколько ты прав?
– Прав. В том-то и дело, что прав, – очень тихо сказал я. – Я не рассказывал обо всех правилах перехода…
Вячеслав Павлович молча выслушал меня.
– Вот, значит, как.
– Да. В том мире люди живут дольше, чем в нашем. Ольга может прожить и двести и триста лет, но она будет расти, взрослеть, а я так и буду оставаться подростком. И так пятьсот лет! Вы понимаете это?!!
– Понимаю. Прости меня, Егор. Я действительно понимаю, насколько тебе тяжело. Но все-таки, может тебе стоит все рассказать Ольге? Не решай за нее, что для нее лучше. Самая большая ошибка, которую могут допустить люди – это начать решать за других, что им лучше, а что хуже. Расскажи ей все. Насколько я мог понять, она умная девочка. Поверь – так будет лучше.
– Возможно. Я не думал… – Я растерянно замер. Действительно, почему я не думал об этом? «Да потому, что ты сосредоточился только на себе! Ты только о своих страданиях думал!» Этот ответ был настолько очевиден, что я чуть не разревелся от отчаяния. Неужели я всего лишь холодный эгоист?
Старясь не смотреть на Ольгу, я плюхнулся рядом с ней на сиденье.
– Эльвинг, помоги мне, – попросил Вячеслав Павлович, заглядывая к нам. – Тань, ты тоже.
– Что?! Помочь? – Танька растерянно посмотрела на Вячеслава Павловича.
Эльвинг быстро все сообразил и выволок ее из машины.
– Насколько я понял, ваши «друзья», убегая, побросали все оружие. Надо проследить, чтобы его никто не подобрал, – услышал я Вячеслава Павловича.
Вскоре никого из троих уже видно не было.
– Чего тебе надо? – тускло спросила Ольга. – Зачем все это?
– Я просто хотел сказать… – Я сглотнул и смело закончил: – Я соврал! Эл был прав.
Ольга стремительно обернулась и накинулась на меня с кулаками.
– Идиот, кретин, болван!!! – Я не защищался, лишь смотрел на нее. Потом порыв иссяк, и Ольга зарыдала.
– Прости.
– И это все, что ты можешь сказать?!
– Оль, я хочу объяснить, почему я это сделал.
Ольга слушала мой рассказ молча.
– И это никак нельзя обойти?
