— Не знаю, — уныло отозвался Бренк. — Я уже перебрал все предположения, и мыслимые и немыслимые.
— Какие же? — с горящими от неистовой любознательности глазами быстро спросил Изобретатель.
Бренк пожал плечами.
— Ну, может, попали мы в какое-то завихрение во времени. Теоретически в нем могут быть, знаете ли, некоторые природные аномалии, но пока еще никто… А может, это вообще какое-то другое измерение… Здесь все как-то очень странно смешалось. Да сами скоро увидите! Времени у вас теперь много будет, чтобы все увидеть…
— Не унывай! — строго сказала Александра Михайловна. — Еще не было случая, чтобы от уныния была хоть какая-то польза. Никак от тебя не ожидала!
Доктор педагогических наук поправила очки и выдержала паузу — видимо, для того, чтобы ее слова оказали на Бренка более глубокое воздействие. Потом Александра Михайловна деловито поинтересовалась:
— Из этой комнаты можно еще куда-нибудь попасть?
— Дверь ведет в маленький коридор, — ответил Бренк. — Напротив помещение, где стоит мой конь. Скорее всего, теперь и ваши там же стоят.
— А коридор куда ведет?
— А вот этого я не знаю, — мотнул головой Бренк. — Никуда нельзя из него выйти.
Любознательный Костя собрался было спросить, почему это из коридора никуда нельзя выйти, но Александра Михайловна уже распорядилась:
— Лаэрт Анатольевич! Златко! Давайте-ка в самом деле для начала попробуем пустить в ход хроноаппарат. Может, хоть куда отсюда выберемся, а дальше все будет легче. Ну, а если не получится, еще что-нибудь придумаем.
— Конечно, конечно! — дрогнувшим от нетерпения голосом отозвался Изобретатель. — Златко подтверждает, что с энергией в нашем блоке все в порядке.
— Включаю! — сказал Златко. — Попробуем перенестись в ваш двадцатый век.
— Подождите! Постойте! — вмешался все-таки Костя. — А разве вы не хотите хотя бы осмотреться здесь, как следует. Вот в коридор мы еще не выходили. Даже в окно не выглядывали, а можно бы, подставив скамейку…
— Успеете еще, — молвил Бренк. — Все равно ваш блок хронопереноса тоже не сработает. Сейчас убедитесь. Так что сидеть нам всем здесь и сидеть! А в окно ничего не видно, какая-то сплошная серая пелена. И стекло, если только это стекло, не бьется.
Но Костя отметил, что голос Бренка уже не был таким унылым, как еще минуту назад. Надо полагать, он тоже наконец сообразил: раз во главе отправившихся за ним друзей стоит Петина бабушка, значит, непременно все закончится благополучно. Ведь во всех прежних приключениях всегда было именно так.
Блок хронопереноса загудел — сначала едва слышно, потом все сильнее, но ничего не произошло. Наконец, когда гул стал натужным, словно аппарат полностью выбился из сил, Златко его выключил.
— Нет! В самом деле ничего не получается! Лучше его поберечь, а то реле полетит. И починить его здесь мы не сможем.
— Ну ладно, — спокойно сказала Александра Михайловна. — Не получается так не получается. Придумаем что-нибудь еще. Вот любопытно только, почему не получается? Должен же он работать, раз исправен, а не работает. Бренк, у тебя было время подумать. Какие-нибудь гипотезы есть?
— Я думал, конечно, — ответил Бренк. — Чего только в голову не приходило! Скажем, если мы оказались в каком-то временном оазисе или другом измерении, то и физические законы должны здесь действовать совершенно особые.
— М-да, — покачала головой бабушка.
— Если Гондзелла волшебник, — вставил Петр, — то он запросто мог заколдовать блок хронопереноса.
— Еще гипотезы есть? — спросила Александра Михайловна, бросив на внука неодобрительный взгляд.
— Может быть и еще одно объяснение, — сказал Бренк, — только оно вряд ли здесь подходит.
— Все равно говори, — сказала Александра Михайловна. — Возможно, оно наведет Лаэрта Анатольевича на какие-нибудь интересные мысли. Признаться, я очень рассчитываю на его технический гений.
— Еще, — ответил Бренк, — блок хронопереноса не стал бы работать, если бы мы, например, находились сейчас не на Земле, а в космосе. Преодолевать одновременно и время, и космическое пространство, маломерный хроноаппарат не в состоянии.
— Ну нет, — сказала доктор педагогических наук, — такое предположение действительно не выдерживает критики. Что-то не похоже, что мы в космосе!
Изобретатель кашлянул. Было видно, что слова Александры Михайловны о его техническом гении явно польстили ему.
— У меня уже зреет одно техническое решение, — заговорил он. — Дело в том, что запас энергии блока хронопереноса просто невообразимо, невероятно велик…
Златко хмыкнул.
— А вы как думаете?! Легко ли переносить через сотни лет туда и обратно шестерых рыцарей, да еще вместе с боевыми конями!
— Говоря по правде, я даже не представляю, как такая колоссальная энергия может быть сконцентрирована в столь малом объеме, — продолжал учитель физики. На мгновение он прервался, а потом, на глазах увлекаясь, взмахнул рукой. — Это же что-то поразительное! Просто фантастика какая-то! Ну не может этого быть, а ведь есть же! Как, каким образом? И мне, знаете ли, хочется спросить у Бренка и Златко…
