На следующее утро приходит письмо о принятии меня в Гарвард. Я едва оправилась от всего, что произошло на вечеринке и после нее, я еще даже не обсудила ничего из этого с девушками. И тут приходит письмо. Оно наполняет меня такой тошнотворной смесью восторга и тревоги, что я не ем до конца дня.
Вечером Одри, Араминта и я собираемся в комнате Араминты для столь необходимого обсуждения.
Каждая плоская поверхность заставлена флаконами с духами, масками для лица, средствами по уходу за кожей и коробками с косметикой. Кровать завалена одеждой и книгами, поэтому мы расположились на кремовом ковровом покрытии, разделив впечатляющую коллекцию декоративных подушек Араминты.
— Так, — говорит Араминта, хлопая в ладоши. Она одета в крошечную шелковую пижаму и выглядит сияющей. — Я знаю, что мы все хотим обсудить то, что произошло на вечеринке, но… — Она достает из-за спины конверт. — Посмотри, что я получила сегодня!
Одри закрывает рот руками. — Нет!
— Да! — Араминта протягивает ей письмо. — Я изучаю неврологию в Гарварде, детка!
Одри испускает радостный крик. Я подползаю к Араминте и обнимаю ее. Одри присоединяется, обхватывая нас.
— Ты сделала это! Ты действительно это сделала! — визжит Одри.
— Я сделала это! — Араминта издала приглушенное хихиканье. — Я, черт возьми, сделала это!
Они наконец-то отпустили нас, и мы все стояли в стороне, глядя на Араминту и ухмыляясь, как идиоты. Одри берет письмо и смотрит на него, медленно качая головой. — Черт. Это действительно начинает казаться реальным, не так ли?
— Да. — Араминта садится обратно на кровать. — Спиркрест почти закончился. Теперь это действительно становится реальностью.
— Все будет совсем по-другому, — тихо говорит Одри.
— Мы по-прежнему будем видеться все время, — успокаиваю я ее, надеясь, что это правда.
Одри кивает. — Я надеюсь на это.
— Ну, надеюсь, я буду часто видеть Софи, — говорит Араминта, глядя на меня расширенными глазами. — Может быть, на следующей неделе ты получишь известие из Гарварда, когда они будут рассылать письма о зачислении?
Я прикусываю губу, пытаясь подавить улыбку. — Я тоже получила письмо сегодня.
У Араминты открылся рот.
— Что? — говорит Одри, садясь. — Получила? И?
— И мы с Араминтой, наверное, будем часто видеться, да.
— Убирайся на хрен отсюда! — кричит Араминта и бросается на меня. — Тебя приняли?
Я едва успеваю кивнуть, как наступает моя очередь быть затянутой в многослойные объятия девушек.
— Оу, — шепчет Одри мне в волосы. — Я так вам завидую! Я тоже хочу в Гарвард, черт возьми.
После того, как новость о том, что нас приняли, улеглась, наш разговор вернулся к вечеринке. Оказывается, ссора Эвана с Лукой — лишь одна из нескольких, которые произошли. Похоже, многое произошло после моего ухода. Судя по звукам, люди либо дрались, либо перепихивались, либо и то, и другое.
— Что из этого ты делала, Минти? — спросила я, подняв на нее бровь.
— Перепихивалась, конечно. С префектом, не меньше!
— Префектом? — спрашиваю я. — Проверь себя! С кем?
— Перси Бэйнбридж.
— Перси Бэйнбридж? — говорит Одри. — Он не твой обычный типаж.
— Нет, но… — Араминта ухмыляется. — Я кончила… — Она делает паузу, а затем поднимает два пальца. — Дважды!
— Ну, по крайней мере, одна из нас получила немного действия, — говорит Одри, надувшись.
Прежде чем я успеваю что-то сказать, Араминта качает головой. — Нет. Софи, я думаю, тоже немного поработала.
— Что? — Я моргаю на нее. — Откуда ты можешь это знать?
— У тебя так и светится хороший член, — говорит Араминта, взмахнув рукой.
— Ну что, вы с Эваном разобрались в своем дерьме? — спрашивает Одри, поднимая на меня брови.
— Почему ты решила, что это был он?
Она закатывает глаза. — А кто же еще? Вы двое одержимы друг другом.
— Я бы не сказала, что одержимы, — говорю я.
— Не знаю, он определенно немного одержим, — говорит Араминта.
Я медленно киваю, а потом говорю: — Он сказал мне, что я ему нравлюсь.
— Сказал? — с некоторым удивлением говорит Одри. — Это очень откровенно с его стороны. Он пригласил тебя на свидание?
— Он сказал, что хочет быть моим глупым американским парнем.
— Глупый — это точно, — ухмыляется Араминта.
— Ну, он всегда хотел тебя, будем честны. — Одри качает головой. — По крайней мере, он понял это сейчас — с гребаным опозданием. Так что ты сказала?
— Ничего.
— Ты хочешь пойти с ним на свидание? Вы двое всегда так странно относились друг к другу. Это должно быть конечной целью, нет?
— Мы не были странными, мы… — Я замялась и остановилась. Как я вообще могу начать объяснять, что мы такое? Я вздыхаю. — Слушай, я не знаю. Я даже не думаю, что смогу объяснить, что я чувствую. Но сейчас это наименьшая из моих проблем. говорю я. Это только наполовину ложь. — Сейчас у меня нет времени беспокоиться о чем-либо, кроме экзаменов. И как рассказать родителям о Гарварде.
— Просто скажи им, — говорит Одри, и черты ее лица смягчаются. — Они будут гордиться тобой, я знаю.
Я вздыхаю. — Они мечтали об Оксбридже.
— Но ты не поступила.
Я медленно киваю.
— Наверное, я просто… — Я сглатываю. — Наверное, мне немного страшно.
