Рыцарь Теней полностью

Звали ее Джулия, и я был абсолютно уверен, что тридцатого апреля, когда все пошло вразнос, она была уже мертва. Я обнаружил ее страшные останки и уничтожил собакоподобную тварь, которая, как полагал, и убила ее, — да, так все и было. А началось все с того, что мы были любовниками. Давным-давно.

Наверное, мне надо было больше доверять ей. Наверное, не следовало брать Джулию на ту прогулку по теням, объяснить которую я не пожелал, и мой отказ отдалил ее от меня, увел на темные пути и в студию Виктора Мелмана, того гнусного оккультиста, которого потом пришлось убить, — того самого Виктора Мелмана, обманутого Льюком и Джасрой. Но теперь — немного, самую чуточку — я мог извинить себя за то, что, как считал, свершилось по моей вине, извинить, раз уж в конце концов ничего и не свершилось. Почти.

Другими словами, я узнал, что не в ответе за то, что свершилось. Когда я всадил нож в бок таинственного колдуна по имени Маска, давно досаждавшего мне, то обнаружил, что под Маской скрывалась Джулия. Мой сводный брат Джарт, давно пытавшийся убить меня — много лет он был беспримерно настойчив в своем намерении, — вырвал у меня Джулию, а потом они исчезли, воспользовавшись способностью Джарта превращаться в своего рода живой Козырь.

Когда я бежал из горящей, рушащейся Цитадели, там, в Крепости Четырех Миров, падающая балка заставила меня отпрыгнуть вправо, поймав меня в cul-de-sac рушащейся кладки и горящих бревен. Затем мимо меня промелькнул темный металлический шар, разрастающийся в размерах при движении. Он ударил в стену и прошиб ее, оставив дыру, в которую легко можно было нырнуть, — намек, которым я не замедлил воспользоваться. Выскочив на свежий воздух, я перепрыгнул ров с водой, логрусовыми щупами отбросив в сторону часть изгороди и десятка два всадников, потом повернулся и прокричал:

— Мандор!

— Уже здесь, — донесся негромкий голос из-за моего левого плеча.

Я повернулся как раз вовремя, чтобы заметить, как металлический шар подпрыгнул перед нами и упал в протянутую руку Мандора.

Он стряхнул пепел с черного жилета и пробежал рукой по волосам. Потом улыбнулся и обернулся к горящей Крепости.

— Ты сдержал обещание, данное королеве, — заметил Мандор, — не думаю, что здесь еще что-то осталось. Мы уходим?

— Джасра еще внутри, — ответил я, — выясняет отношения с Шару.

— Я полагал, вы друг другу больше не нужны.

Я покачал головой.

— Она по-прежнему знает многое, чего не знаю я. Знает то, что мне непременно надо узнать.

Столб пламени вырос над Крепостью, приостановился, осел на мгновение, воздвигся еще выше.

— Не понимаю, — сказал Мандор. — Кажется, ей очень хочется контролировать этот фонтан. Если мы заберем ее сейчас, на него будет претендовать этот приятель Шару. Это имеет какое-то значение?

— Если мы не умыкнем ее, он может ее убить.

Мандор пожал плечами.

— У меня такое ощущение, что скорее она его убьет. Нет ли у тебя желания заключить небольшое пари?

— Может, ты и прав, — сказал я, наблюдая, как после очередной паузы фонтан снова рванул в небо. Я указал на него. — Похоже на нефтяной фонтан. Надеюсь, победителю известно, как заткнуть его… если там остался победитель. Никто из них долго не продержится — Цитадель распадается на части.

Мандор усмехнулся.

— Ты недооцениваешь силы, которые призваны на арену, — сказал он. — Известно ли тебе, что не так просто одному колдуну прикончить другого колдуна средствами же колдовства. Тем не менее, когда дело доходит до инерции реальности, твои слова обретают смысл. Ты позволишь?..

Я кивнул.

Он быстро, «навесом» метнул металлический шар через ров к горящему зданию. Шар ударился о землю и запрыгал; с каждым подскоком он словно увеличивался в размерах. При каждом ударе раздавался звук, схожий с грохотом медных оркестровых тарелок, абсолютно не соответствующий скорости и массе шара, но нарастающий с каждым прыжком. Затем шар влетел в гущу пылающих, грозящих вот-вот обвалиться руин, в которые превратилась стена Крепости, и на несколько мгновений пропал из виду.

Я уже собрался спросить Мандора о том, что будет дальше, как увидел тень большого шара, мелькнувшую в отверстии, через которое выбрался я сам. Пламя — кроме центрального столба из разбитого Фонтана — начало утихать, и изнутри донеслось глухое громыхание. Мгновением позже промелькнула чья-то большая округлая тень, и я ощутил содрогание почвы через подметки сапог.

Стена рухнула. Вскоре упала часть другой стены. Я вполне отчетливо разглядел внутренности Цитадели. Сквозь пыль и дым вновь проплыло подобие гигантского шара. Пламя погасло. Взгляд через Логрус позволил заметить смещающиеся линии силы, которая струилась между Джасрой и Шару.

Мандор простер руку. Через минуту или немногим позже к нам прискакал маленький металлический шар и прыгнул к нему в ладонь.

— Идем посмотрим, — сказал Мандор. — Обидно будет пропустить финал.