Мы приступили к еде. Все новые вспышки озаряли спокойное, темное море. В свете очередной молнии мне привиделся далекий корабль, идущий на всех своих черных, надутых ветром парусах.
- Свидание с Мэндором уже состоялось?
- Да.
- И как он?
- Прекрасно.
- Что-то беспокоит тебя, Мерлин. Что?
- Очень многое.
- Расскажешь матери?
- А что, если ты - часть моих проблем?
- Я была бы разочарована, окажись это не так. Все же, сколько ты будешь помнить историю с ти'игой? Я поступала так, как считала нужным. И по-прежнему уверена в своей правоте.
Я кивнул и продолжал жевать. Через какое-то время я сказал:
- Ты все прояснила на прошлом цикле.
Тихо плескала вода. Блики плыли по столу, по лицу матери.
- А еще вопросы есть?
- Может, сама расскажешь? - отозвался я. Я ощутил ее взгляд и встретил его прямо.
- Не понимаю, что ты имеешь в виду, - удивилась она.
- Тебе известно, что Логрус - существо чувствующее? А Путь?
- Это тебе Мэндор поведал?
- Да. Но я знал уже до него.
- Откуда же?
- Они вступали со мной в контакт.
- Ты и Путь? Или ты и Логрус?
- Оба.
- С какой целью?
- Манипуляции, я бы выразился. Они борются за власть и просили меня определиться.
- Чью же сторону ты выбрал?
- Ничью.
- Тебе следовало рассказать мне.
- Зачем?
- Посоветоваться. Возможно, я бы помогла тебе.
- Одолеть Силы Космоса? Как тесно ты с ними связана, мама?
Она улыбнулась:
- Не исключено, что некто вроде меня может обладать особыми знаниями.
- Некто вроде тебя?
- Чародейка моих способностей.
- Насколько же ты хороша?
- Не думаю, что значительно им уступаю, Мерлин.
- Семья всегда узнает последней, так получается? И почему ты не обучала меня сама, вместо того чтобы отсылать к Сухаю?
- Я плохой учитель. Мне не нравится наставлять людей.
- Ты учила Джасру.
Она склонила голову вправо и сощурила глаза.
- Тоже Мэндор рассказал?
- Нет.
- Тогда кто?
- Какое это имеет значение?
- Большое, - ответила мать. - Потому что я не верю, что ты знал это во время нашей последней встречи.
Я вдруг вспомнил, что там, у Сухая, она говорила о Джасре что-то, подразумевающее их близость, и я обязательно бы отреагировал, если бы не тащил груз предубеждений и не летел с горы в самую грозу с тормозами, распространяющими забавные звуки. Я уж собирался осведомиться, какое имеет значение, когда я узнал это, как сообразил, что мать действительно интересуется, от кого я узнал, ибо ее заботит, с кем я мог говорить о таких вещах с момента нашей последней встречи.
Ссылаться на Люкова призрака Пути показалось мне неблагоразумным, а потому я ответил:
- Ну ладно, ладно. Мэндор оговорился, а потом попросил меня молчать.
- Другими словами, - подытожила она, - он ожидал, что слух вернется ко мне. Зачем же ему понадобилось так себя вести? Поразительно. Коварный человек.
- Может, действительно просто оговорился?
- Мэндор никогда не оговаривается. Никогда не будь ему врагом, сын.
- Неужели мы говорим об одном и том же человеке? Мать щелкнула пальцами.
- Конечно, ты знал его лишь ребенком. Потом ты ушел и с тех пор ты видел его всего несколько раз. Да, он коварен, хитер, опасен.
- Мы всегда отлично ладили.
- Разумеется. Он никогда не враждует по пустякам. Я пожал плечами и вернулся к еде.
Через какое-то время мать сказала:
- Осмелюсь предположить, что меня он охарактеризовал подобным же образом.
- Ничего подобного не припоминаю, - ответил я.
- Он дал тебе еще и уроки осмотрительности?
- Нет, хотя недавно я и почувствовал необходимость ей поучиться.
- Несомненно, в Амбере ты приобрел некую ее толику.
- Если так, то столь малую, что я и не заметил.
- Ну-ну. Может, я не буду больше приносить тебе огорчений?
- Сомневаюсь.
- И все же что хотели от тебя Путь и Логрус?
- Я говорил тебе - чтобы я принял чью-либо сторону.
- Так трудно - решить, кого ты предпочитаешь?
- Так трудно - решить, кто меньше не нравится.
- Потому что они, как ты выразился, манипулируют людьми в своей борьбе за власть?
- Именно.
Мать рассмеялась:
- Это выставляет богов не в лучшем свете, чем нас, прочих. Зри здесь истоки человеческой морали. Что все же лучше, чем совсем ничего. Если эти причины недостаточны для выбора, руководствуйся другими соображениями. Ты, в конце концов, сын Хаоса.
- И Амбера, - добавил я.
- Ты вырос во Владениях.
- Но жил в Амбере. Там у меня родичей не меньше, чем здесь.
- Все действительно так просто?
- Если бы не это, было бы значительно проще.
- В таком случае ты должен взглянуть по-иному.
- Что ты имеешь в виду?
- Спрашивай, не кто больше всего взывает к тебе, а кто больше всего делает для тебя.
Я попивал прекрасный зеленый чай, в то время как шторм подкатывал все ближе. Что-то плескалось в водах нашей бухты.
- Прекрасно, - кивнул я. - Спрашиваю.
Мать с улыбкой наклонилась вперед и глаза ее потемнели. Она всегда превосходно контролировала свое лицо и всю внешность и меняла их по собственной прихоти. Она вроде оставалась той же, но временами казалась совсем Девчонкой, или вдруг превращалась в зрелую интересную женщину. Обычно же она останавливалась где-то между двумя этими ипостасями.
