Горошины стремительно выросли в размерах, превратившись в силуэты двух гигантских кораблей, окруженных десятками линкоров и крейсеров, которые выглядели игрушечными по сравнению с этими громадинами. Перехватчики, тучами летевшие между ними, казались совсем крошечными…
— О-о-о! — воскликнул Гор. — Таких огромных я раньше не видел.
— Началось, ребята! Это генеральное наступление, — уверенно произнес капитан Принс и взял товарищей за руки, крепко пожав их. — Это наш последний бой. Умрем достойно!
— Разве против этих монстров можно устоять?!
— Не знаю, не пробовал, — пытаясь улыбнуться, ответил Принс, — но на испуг они нас не возьмут, — и скомандовал в микрофон внутренней связи: — Боевая тревога! Всем постам: цель номер один — большие корабли. Защитные экраны включить. Генераторам — полную мощность!
Красный рой на экране неумолимо рос, надвигаясь прямо на них. Первая волна армады ударила по орбитальному рубежу обороны менталийцев и, как вал разбивается о могучий утес, разбилась о него. Шквалы огня с обеих сторон схлестнулись в безумной пляске смерти, испепеляя и обращая в радиоактивную пыль корабли и платформы с беззащитными перед чудовищной разрушительной силой людьми. Потери с обеих сторон с каждой минутой стремительно росли, исчисляясь многими тысячами. Небо над планетой то и дело озарялось вспышками взрывов, поглощавших порой сразу по два-три корабля, которые атаковали в плотном строю. Лавина огня обрушилась на орбитальные станции и боевые платформы. Многие из них, не справляясь с таким обилием целей, атакующих по хитроумным траекториям, гибли под градом ракет, терзающих их конструкции.
«Щит-65» сражался, истекая кровью, оставаясь последней крупной станцией над южным полушарием. В станцию попало с десяток ракет — их не смогли перехватить автоматические системы. Половина боевых постов, искореженных, с вывороченными внутренностями множества оборванных кабелей, шлангов, спекшихся и сплавленных механизмов, уже бездействовали. Длинные коридоры, связывающие их, были завалены бездыханными телами защитников. Всюду пахло гарью, окалиной, озоном и кровью… Это был запах смерти.
Взорванные, поврежденные отсеки тут же герметично изолировались, обрекая оставшихся в живых солдат на неминуемую смерть, но оставляя шанс на жизнь и борьбу другим, еще способным оказывать сопротивление и вести огонь.
С каждым часом обороняющихся оставалось все меньше. И они хорошо понимали это. Боеспособность станции снизилась более чем наполовину, боезапас был на исходе.
— Командир, у нас осталось всего двадцать восемь ракет. Поврежден генератор А-2. Падает мощность лазеров! — взволнованно доложил лейтенант Колин. — Если генератор окончательно выйдет из строя, то мы лишимся энергетического щита, Тогда — конец!
— Спокойно, Серж! Следи за ближним к нам гигантом. Должно же и у него быть уязвимое место! — воскликнул капитан Принс с горечью и раздражением, скорее убеждая самого себя в этом предположении. — Может быть, корма? Отражатель гипердвигателя? Черт! Где-то ведь должна быть ахиллесова пята и у этого монстра!
Станция содрогнулась от очередного взрыва, прогремевшего рядом с главным командным пунктом.
— Командир, главный генератор поврежден! — воскликнул Колин. Через мгновение он добавил: — Выходит на закритический режим!
— Ну что ж, ребята! Нам остается только одно… Приняв решение, капитан Принс приказал:
— Всем постам, всем, кто меня слышит! Срочно эвакуироваться со станции! Остаются только командиры боевых расчетов, способных вести огонь… — и тихо добавил, обращаясь к своим товарищам, сидящим рядом за пультом: — Серж, передайте моей жене, если останетесь в живых… что я ее очень люблю…
— Командир, я останусь с вами! — возразил Колин.
— И я тоже! — воскликнул лейтенант Оушен.
— Нет, парни! Нет смысла умирать всем троим. Я командир и отвечаю за все на этой станции. Приказываю вам эвакуироваться! Немедленно! Прощайте, ребята…
Они крепко пожали друг другу руки, прощаясь навсегда, и двое офицеров быстро вышли из отсека.
Капитан Принс увидел на мониторе, как три челнока, отчалив от станции, устремились к планете, отчаянно маневрируя и уклоняясь от проносящихся мимо ракет. Через минуту они скрылись из виду среди вспышек разрывов.
Включив двигатели, капитан тронул станцию с геостационарной орбиты, уводя ее в сторону вражеских кораблей. Зуммер истерично заливался, сигнализируя о закритической работе главного генератора. На пульте мигали многочисленные красные индикаторы. Компьютер бесстрастным голосом объявил: «До выхода из строя генератора осталось 15 минут».
